?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Мой сайт Previous Previous Next Next
Как Реформация изменила западного человека - sg_karamurza
sg_karamurza
sg_karamurza
Как Реформация изменила западного человека
http://centero.ru/dialogs/kak-reformatsiya-izmenila-zapadnogo-cheloveka

Мы затронули несколько основных протестантских постулатов и напомнили о том, почему именно они заложили основу капитализма.Теперь поговорим о тех сдвигах в представлении человека о самом себе и своем месте в мире, которые принесла с собой Реформация.

Оксана Куропаткина: Реформация началась как протест не только против злоупотреблений в католической церкви, но и против ее концептуальных основ — принципов отношений человека и Бога.
В католичестве церковь понимается как община, где ее члены связаны друг с другом, как в живом организме. Спасение — во многом коллективный акт, невозможный без таинств Церкви, без ее водительства (только особо посвященные — святые и священнослужители — могут авторитетно толковать Слово Божие) и без ее заступничества: за отдельного человека молится не только церковь земная, но и церковь небесная — святые. С помощью церкви отдельный человек, грешный и несовершенный, мог твердо надеяться на спасение — его от вечной погибели защищала церковь-община. Человек, соблюдающий церковные предписания, на это надеяться мог тем более.

Сергей Кара-Мурза: Устранив веру в коллективное спасение, Реформация запустила долгий процесс разрыва человеческих отношений, основанных на солидарности и связывающих людей в тип общин, организованных на принципе «один за всех и все за одного». Самосознание людей, считавших, что «человек человеку брат», заменилось идеей конкуренции. В конце ХIХ века Фридрих Ницше писал в книге «По ту сторону добра и зла»: «Сама жизнь по существу своему есть присваивание, нанесение вреда, преодолевание чуждого и более слабого, угнетение, суровость, насильственное навязывание собственных форм, аннексия и по меньшей мере, по мягкой мере, эксплуатация». Ведь это мы и сегодня видим как кредо политики Запада (да и нашей западнической элиты).

Макс Вебер пишет: «Чем больше космос современного капиталистического хозяйства следовал своим имманентным закономерностям, тем невозможнее оказывалась какая бы то ни было мыслимая связь с этикой религиозного братства. И она становилась все более невозможной, чем рациональнее и тем самым безличнее становился мир капиталистического хозяйства».

Оксана Куропаткина: Да, индивидуализм — это не природное качество человека и не особенность личного характера. Это — сложный элемент религиозной картины мира, сложившейся в Реформации. Живя в мире, протестант уже носит в себе свой маленький ад — последствие радикального разрыва с Богом. Благодать Божья и личная вера открывают к Нему путь — но, согласно Кальвину и его последователям (а их точка зрения была ведущей в раннем протестантизме), они тоже — дары Бога, Который дает их только тем, кого Он предопределил к спасению. Человек не может быть уверен, что он избран — это выяснится только на небесах. Кроме того, «избранный» остается несовершенным человеком — его постоянно атакуют бесы. Связи между людьми в «общине верных» условны и неустойчивы — они не имеют высокой ценности, поскольку могут не перейти в вечность: человек может оказаться отверженным, и тогда ему никто не поможет; каждый, с кем он соприкасается, тоже может оказаться отверженным и «чадом дьявола», с которым у «спасенного» не может быть ничего общего в загробном мире.

Сергей Кара-Мурза: В этом постулате для нас кроется главный смысл, антропологический принцип, в который, на мой взгляд, никак не может поверить большинство нашего населения. Действительно, трудно поверить. Вебер с большим волнением приводит это фундаментальное утверждение кальвинистов (1609 год): «Хотя и говорят, что Бог послал сына своего для того, чтобы искупить грехи рода человеческого, но не такова была его цель: он хотел спасти от гибели лишь немногих. И я говорю вам, что Бог умер лишь для спасения избранных».

Оксана Куропаткина: Отмечу, что в это трудно было поверить даже самим кальвинистам. Тезис «Христос умер не для всех» и идея предопределения вызывала ожесточенные споры — споры, закончившиеся в начале XVII века разделением на ортодоксальных кальвинистов и арминиан — последователей голландского теолога Якоба Арминия, который отверг учение о предопределении и провозгласил важность человеческой воли в спасении. И все протестантские деноминации, кроме возникших еще в XVI веке лютеран и анабаптистов, в своем богословии делятся на кальвинистов и арминиан. Такое деление может проходить и внутри одной деноминации — например, у баптистов. Арминиан и было, и есть достаточно много. Другое дело, что и на порвавших с кальвинизмом протестантов кальвинистская этика и мироощущение очень сильно влияли, поскольку они довольно быстро перешли из чисто религиозных убеждений в общую культуру.

Сергей Кара-Мурза: Вебер так пишет о духовных причинах сдвига Запада к индивидуализму: «Верой, во имя которой в XVI и XVII вв. в наиболее развитых капиталистических странах — в Нидерландах, Англии, Франции — велась ожесточенная политическая и идеологическая борьба и которой мы именно поэтому в первую очередь уделяем наше внимание, был кальвинизм. Наиболее важным для этого учения догматом считалось обычно (и считается, в общем, по сей день) учение об избранности к спасению. … Это учение в своей патетической бесчеловечности должно было иметь для поколений, покорившихся его грандиозной последовательности, прежде всего один результат: ощущение неслыханного дотоле внутреннего одиночества отдельного индивида. В решающей для человека эпохи Реформации жизненной проблеме — вечном блаженстве — он был обречен одиноко брести своим путем навстречу от века предначертанной ему судьбе».

Оксана Куропаткина: Можно разделить два важнейших антропологических последствия, проистекающих из доктрин Реформации: один касается места человека в мире, другой — его отношений с самим собой.

И Лютер, и Кальвин постоянно подчеркивали экзистенциальный, трагический разрыв между Богом и человеком. Человек обладал образом Божьим до грехопадения — но после него его природа настолько помрачилась, что стала дьявольской — или близкой к ней. . Как отмечают «Каноны Дортского Синода», «мы по природе – чада гнева». Соответственно, человек бесконечно далек от своего Творца и гораздо ближе к сатане.

Сергей Кара-Мурза: Вебер приводит выдержки из канонических текстов кальвинистов. Бейли (1724) советует каждое утро, выходя из дому, представлять себе, что тебя ждет дикая чаща, полная опасностей. Шпангенберг настойчиво напоминает о словах пророка Иеремии (17, 5): «Проклят человек, который надеется на человека» (1779). Вебер пишет: «Для того чтобы полностью понять всю своеобразность человеконенавистничества этого мировоззрения, следует обратиться к толкованию Хорнбека о завете любви к врагам: «Мы тем сильнее отомстим, если, не свершив отмщения, предадим ближнего в руки мстителя-Бога... Чем сильнее будет месть обиженного, тем слабее будет месть Божья» (1666)».

Нам непросто будет разобраться, как при таком представлении о человеке на Западе сумели консолидировать жесткое и дисциплинированное «холодное» общество. Людей в нем соединяет не любовь и сострадание, а страх, ненависть и стыд. Неужели они могут скреплять отношения людей? Вебер поясняет, что дарованная избранным милость требовала от них «не снисходительности к грешнику и готовности помочь ближнему..., а ненависти и презрения к нему как к врагу Господню».

Об этом надо будет говорить особо — в России «сборка» общества происходила совсем по-иному. Россия все еще относится к категории, которая называется «теплое общество лицом к лицу».

Оксана Куропаткина: Да, распад общины и религиозного братства поставили перед человеком и церковью совершенно новые проблемы. Ведь теперь не только нельзя опереться на плечо товарищу по вере, но и святые — «старшие братья» живых христиан — ничем не могут помочь христианину, поэтому к ним запрещено обращаться. Таким образом, человек ни в чем до конца не уверен, находится в постоянном страхе, что его принадлежность к Богу — иллюзия, и он остается бесконечно одиноким в мире людей. Вера в единственного посредника между Богом и человеком, Богочеловека Христа, несколько смягчает этот экзистенциальный страх, но не устраняет его.

Лучше всего этот страх выразил немецкий поэт XVII века Иоганн Гюнтер:

Будь проклят этот мир! Будь проклят свет дневной!
Будь трижды проклято мое долготерпенье!
Оставь меня, но вновь не тешься надо мной,
Не умножай мой страх! Даруй мне утешенье!

Христос, спаситель мой! Я вновь тебе молюсь.
В бессилии в твои объятия валюсь:
Моя земная жизнь страшней любого ада.
Я чую ад внутри, я чую ад вовне.
Так что ж способно дать успокоенье мне?
Лишь только смерть моя или твоя пощада!

Сергей Кара-Мурза: Да, «страх Запада» стал предпосылкой Реформации. Разрыв «протестантов» с Римской католической церковью («вавилонской блудницей») многим обязан тому, что Лютер был гениальным выразителем массовых страхов своего времени.
У него страх перед дьяволом доходил до шокового состояния, порождал видения и вел к прозрениям. Но Лютер «сублимировал» свои страхи в такое эмоциональное и творческое усилие, что результатом его стали гениальные трактаты и обращения.
Он повел за собой столь большую часть верующих потому, что указал путь для преодоления метафизического, религиозного страха. Во-первых, он «узаконил» страх, назвал его не только оправданным, но и необходимым. Человек, душу которого не терзает страх, — добыча дьявола. Во-вторых, Лютер «индивидуализировал» страх, лишил его заразительной коллективной силы. Это произошло в результате отхода от идеи религиозного братства. Отныне каждый должен был сам, индивидуально иметь дело с Богом, причем не столько со Спасителем, сколько с грозным Богом-отцом.
Через индивидуальную веру и лежал путь к преодолению страха у Лютера: «Страх излечивается внутренним слышанием Бога в себе». Эта вера стала индивидуальным убежищем от страха. Но надо признать, что отказ от коллективного спасения в свою очередь беспредельно увеличил страх иного типа и вызвал массовое озлобление, которое надолго погрузило Запад в хаос. «Страх Лютера» породил такую охоту на ведьм, с которой ни в какое сравнение не идут преследования католической Инквизиции (миф о которой — порождение историков-протестантов XIX века). При сравнительно небольшом еще населении Европы в ходе Реформации в ее зоне были сожжены около миллиона «ведьм».
Именно виднейшие деятели протестантизма (Лютер, Кальвин, Бакстер) были фанатичными преследователями ведьм. Лютер непрестанно требовал выявлять ведьм и сжигать их живыми. Ричард Бакстер («самый великий из пуритан»), в 1691 году (!) опубликовал книгу «Доказательство существования мира духов», в которой призывал к крестовому походу против «секты Сатаны». Это притом, что в Испании на процессе 1610 года молодой инквизитор Алонсо де Салазар убедительно доказал, согласно нормам позитивного научного метода, что ведьм и демонов не существует. Салазара поддержал архиепископ Толедо Великий инквизитор Бернардо де Сандоваль, а затем и Высший совет Инквизиции. Это был важный шаг к рациональности: преследование ведьм в католичестве прекратилось.
Ницше пишет о том времени: «Еретики и ведьмы суть два сорта злых людей: что в них есть общего, так это то, что и сами они чувствуют себя злыми, но при этом их неодолимо тянет к тому, чтобы сорвать свою злобу на всем общепринятом (будь то люди или мнения). Реформация — своего рода удвоение средневекового духа ко времени, когда он утратил уже чистую совесть, — порождала их в огромном количестве».
Порожденный Реформацией хаос в сознании привел к массовым жертвам. Реформация привела и к Тридцатилетней войне, и к великим крестьянским и религиозным войнам, в которых погибло 3/4 населения Чехии и 2/3 населения Германии. Главной темой гравюр снова стала смерть — уже как следствие войн и массовых казней.

Оксана Куропаткина: Замечу, что отрицать существование дьявола католики не могли – о нем как о враге рода человеческого, как и о мире бесов, недвусмысленно и многократно говорится и в Библии, и в церковном предании. Другое дело, что инквизиторы отвергли существование конкретного инструмента дьявольских козней, так пугающего народ, — ведьм, а вот протестанты, сохранив традиционную веру в злых духов, взялись за поиски «инструментов» с ревностью неофитов.

Сергей Кара-Мурза: Может, я ошибаюсь, но по-моему, страх, порожденный Реформацией, обусловлен не «традиционной верой в злых духов». В истории «страх Запада» поднимался волнами и каждый раз это был новый мировоззренческий феномен. «Страх Лютера» не был вызван «ревностью неофита», это был важный шаг по новой философской траектории. Поэтому и в ХIХ веке его понимание было актуальным.

Оксана Куропаткина: Да, но не будем забывать, что в ответ мыслители Реформации дали важное послание для антропологии — утверждение «добродетельности» испытующего и ничему не доверяющего разума, «беспокойного» разума.
Это послание было сложным, ведь отцы Реформации относились к разуму скептически (сам Лютер предупреждал: «разум — шлюха дьявола»). Понятно — не может несовершенный человек познать Бога немощным умом.
С другой стороны, если человек совсем не рассуждает, это тоже заблуждение, которое отвратит здравомыслящих людей от истинной веры. Как говорил Кальвин, «мы не должны предлагать людям ничего, объясняя Писание, что с точки зрения человеческого разума кажется абсурдным». Истина явлена в Иисусе Христе — это то, в чем нет сомнений, но слишком много в Писании парадоксов, в том числе и в вопросах веры. Нужно истину объяснить внятно и логично — а для этого нужны интеллектуальные усилия. Они, в свою очередь, натыкаются на несовершенство человека — не может смертный выстроить такую схему или доктринальную модель, которая вмещала бы всю истину Библии без изъяна. Именно поэтому каждому христианину необходимо постоянно размышлять над Священным Писанием, постоянно молиться и спрашивать себя, правильно ли ты его понял. Таким образом, «беспокойный разум» — немаловажное средство спасения души, поскольку не дает христианину «завязнуть» в заблуждении.

У разума есть еще одна важнейшая функция — наведение порядка во внутреннем мире, дисциплина чувств. Недаром Цвингли считал рациональное познание природы очень полезным для внутренней аскезы — человек «структурирует» себя и ищет причинно-следственные связи в своем поведении так же, как он это делает, исследуя внешний мир. Чем более ясно и трезво человек смотрит на себя, тем больше его разум свободен от заблуждений, а душа успешнее «ускользает от дьявола» — тем, соответственно, человек ближе к Христу. Пуритане привыкали внимательно следить за своей жизнью и постоянно задавать себе вопросы о причинах своего поведения и малейших движений души — занимая при этом отстраненную исследовательскую позицию. Благодаря этому появилась традиция исповедальных писем, существенно повлиявшая, в частности, на английскую классическую литературу. Например, знаменитый роман Шарлотты Бронте «Джейн Эйр» — наиболее яркое выражение пуританской традиции «допроса души».

Сергей Кара-Мурза: Конечно, внедрить в массовое сознание нормы разумного мышления — великое дело Реформации. Но все же, на мой взгляд, «наведение порядка во внутреннем мире, дисциплина чувств» на многих направлениях не увенчались успехом.
Срывы массового сознания в общностях протестантов были нередки и крайне интенсивны. Один германский фашизм чего стоит. Рациональность Запада не столько усмирила страх, сколько интегрировалась с ним.
Датский философ Сёрен Кьеркегор подвел итог становлению «страха Лютера». Он пишет: «Страх — это возможность свободы, только такой страх абсолютно воспитывает силой веры, поскольку он пожирает все конечное и обнаруживает всю его обманчивость. Ни один Великий инквизитор не имел под рукой столь ужасных пыток, какие имеет страх, и ни один шпион не умеет столь искусно нападать на подозреваемого как раз в то мгновение, когда тот слабее всего, не умеет столь прельстительно раскладывать ловушки, в которые тот должен попасться, как это умеет страх; и ни один проницательный судья не понимает, как нужно допрашивать обвиняемого — допрашивать его, как это делает страх, который никогда не отпускает обвиняемого — ни в развлечениях, ни в шуме повседневности, ни в труде, ни днем, ни ночью».

И эта идея системообразующей роли страха не перестает разрабатываться начиная с Гоббса, который и ввел этот постулат: «Следует признать, что происхождение многочисленных и продолжительных человеческих сообществ связано... с их взаимным страхом». То есть, под той положительной мотивацией, какой Адам Смит считал поиск выгоды на рынке, лежит страх (например, быть побежденным в конкуренции). При этом страх должен быть всеобщим, и спасение в свободе подразумевает подавление иных. Гоббс пишет: «Когда же частные граждане, т.е. подданные, требуют свободы, они подразумевают под этим именем не свободу, а господство».

Эти представления о роли страха, возникшие на заре Нового времени, актуальны и поныне. Идея смерти и возрождения составляет одну из главных тем протестантских проповедников, а в XIX веке она лежала в основе особого жанра проповедей в США — «возрождений» (Revivals) или «пробуждений (Awakenings). Они превращались в массовые спектакли, на которые съезжались люди за сотню миль, в повозках с запасами пищи и постельным бельем на много дней. Осталось подробное описание одного такого сборища в штате Кентукки в августе 1801 года. На него собралось 20 тысяч человек.
Проповедники доводили людей до такого ужаса, что они обращались в паническое бегство, а многие падали в обморок, и поляна походила на поле битвы, покрытое распростертыми телами. Поскольку успех проповеди определялся числом «упавших», то велся их точный учет. В один из дней число людей, потерявших сознание от ужаса, составило 3 тысячи человек.

Оксана Куропаткина: Проповеди во время таких «возрождений» были построены на противопоставлении ада, который ждет нераскаявшихся и в котором они сейчас живут, и рая, жизни с Богом, который доступен, если человек искренне покается и «примет Христа как своего личного Спасителя». Многие русские уже в 1990-е годы, во время массовых протестантских проповедей в России, слыша эту ставшую уже стандартной фразу американских проповедников, не понимали до конца ее смысл – почему она произносится с таким надрывом? А смысл становится полностью понятен в рамках пуританской традиции: только личный шаг навстречу Богу может избавить человека от того невыносимого ада и страха смерти, в котором он живет.

Сергей Кара-Мурза: Православие и выросшая на его почве культура делали акцент на любви (согласно прекрасному изречению апостола Иоанна: «В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви» (1 Ин4:18)), и это не оставляло места для экзистенциального страха. Сошлюсь на нашу учебную литературу. Сразу бросается в глаза: никогда в России в сознание не вводился вирус мистического страха. Этого не делало ни православие, ни народные сказки. Наши грехи поддавались искуплению через покаяние и добрые дела, так что и разбойник Кудеяр мог надеяться на спасение души.

Смерть и спасение души занимали свое место в мыслях человека, но философия смерти была окрашена лирическим чувством, любовью к земле и оставляемым близким. У Владимира Даля в «Пословицах русского народа» смерти посвящен самый большой раздел. Но ни в одной пословице нет экзистенциального страха. В смерти человек не одинок, он чувствует поддержку братства: «Кабы до нас люди не мерли, и мы бы на тот свет дороги не нашли». Даже в прощанье видна теплота: «Помрешь, так прощай белый свет — и наша деревня!». А Йохан Хёйзинга говорит о европейском восприятии смерти накануне Реформации, что в нем совершенно отсутствуют лирические мотивы и теплые нотки — лишь высокий и чистый ужас.

В язык вошли связанные со смертью слова, которые невозможно перевести на русский язык. Было создано бесчисленное множество картин, миниатюр и гравюр под названием «La danse macabre» (у нас — «Пляска смерти»). На деле на них «пляшет» не Смерть и не мертвец, а «мертвое Я» — неразрывно связанный с живым человеком его мертвый двойник. Печатный станок сделал гравюру доступной всем жителям Европы, и изображение Пляски смерти пришло практически в каждый дом. Хёйзинга пишет об эффекте: «содрогание, рождающееся в сферах сознания, напуганного жуткими призраками, вызывавшими внезапные приступы липкого, леденящего страха».

В России против страха вечных мук выступили религиозные философы. Василий Розанов говорил о всепрощении на небесах рода людского. Николай Бердяев заявил, что ад придуман «утонченными садистами». Николай Федоров считал нелепостью, что «одни (грешники) осуждаются на вечные муки, а другие (праведники) — на вечное созерцание этих мук». Бердяев писал: «Апокалиптические пророчества условны, а не фатальны, и человечество, вступив на путь христианского “общего дела”, может избежать разрушения мира, Страшного суда и вечного осуждения. Федоров проникнут пафосом всеобщего спасения и в этом стоит много выше мстительных христиан, видящих в этой мстительности свою ортодоксальность».

Вероятно, с богословской точки зрения эти философы были на грани ереси, но они выражали «предрассудки» нашей культуры, а это вещь важная.

Оксана Куропаткина: Культурная традиция все же отличается от собственно религиозной. Православие, как и католичество, не отказывалось от идеи вечных мук. Идея всеобщего спасения – то есть, что спасутся все люди, осужденная еще в VI в. на Пятом Вселенском Соборе – при том, что некоторые Святые Отцы ей симпатизировали – не могла быть «мейнстримом». С другой стороны, протестантизм кальвинистского толка, помимо яркого переживания адских мучений, давал своим последователям и выход – в частности, в интенсивных мистических переживаниях – во время покаяния или молитвы к Спасителю. Переживание близости к Богу и Его прощения – очень важный момент, к которому старались приблизить своих слушателей все проповедники «пробуждений». Можно сказать, что это была массовая психотерапия «по-американски» с помощью религиозных средств – многие свидетельствовали об обретении радости и душевного мира после экстаза на протестантских «покаянных» собраниях. Так что все не так однозначно.

Но опять же — культурный пласт, образовавшийся под влиянием религиозных традиций, может отличаться от исходных религиозных идей (но радикально не противореча им). И в русской, и в западной культуре закрепились самые «пиковые», радикальные положения из религиозных систем.

Вот, кстати, вопрос. Мы знаем, что Реформация по времени совпала с Великими географическими открытиями и возникновением колониальных империй. Активную роль в этом процессе играли и видные деятели протестантизма, и целые общности протестантов из Голландии и Англии. Как они повлияли на антропологические воззрения того времени?

Сергей Кара-Мурза: Эту проблему нельзя обойти. Порождением Реформации стал расизм. Его не было в средневековой Европе. Колонизация заставила отойти от христианского представления о человеке, и религиозное обоснование разделения людей на две категории — избранных и отверженных — было очень кстати для колонизаторов.

Они позаимствовали у реформаторов идею избранного народа (культ «британского Израиля»), а затем дошли до расовой теории Гобино. Как писал Арнольд Тойнби в середине ХХ века, «среди англоязычных протестантов до сих пор можно встретить “фундаменталистов”, продолжающих верить в то, что они избранники Господни в том, самом буквальном смысле, в каком это слово употребляется в Ветхом завете». Именно пуританский капитализм породил идею о делении человечества на высшие и низшие подвиды. Тойнби пишет: «Это было большим несчастьем для человечества, ибо протестантский темперамент, установки и поведение относительно других рас, как и во многих других жизненных вопросах, в основном вдохновляются Ветхим заветом».

По этому поводу уже в XVI веке произошел теологический спор в связи с колонизацией Америки. Католики установили, что «у индейцев есть душа», и они — полноценные люди, что было оформлено Инквизицией. Протестанты, напротив, считали, что индейцы — низший вид, что они не способны освоить ценности рационального мышления. Следовательно, на них не распространялись права человека. Насколько важна была эта философская установка, показывает последующая практика: как только Инквизиция распространила по городам и весям, что индейцы — люди по образу и подобию Божьему, испанцы начали жениться на индианках, дав начало целой новой расе креолов. Протестанты же провели «очистку» территории от индейцев.

Влияние расизма и рабовладельчества на формирование европейских народов Нового времени — большая и больная тема. Изживание расизма идет с большим трудом и регулярными рецидивами. Дело в том, что расизм — не следствие невежества какой-то маргинальной социальной группы, а элемент центральной мировоззренческой матрицы Запада. Ведь даже Иммануил Кант писал, что «у африканских негров по природе отсутствуют чувства, за исключением самых незначительных» и что фундаментальное различие между людьми белой и черной расы «похоже, гораздо больше касается их ментальных способностей, чем цвета кожи».

Важно и то, что это деление людей быстро пришло в метрополии в форме социального расизма. Деление на классы в буржуазном обществе приобрело расовый характер: уже Рикардо говорит о «расе рабочих», а Дизpаэли о «расе богатых» и «расе бедных».

Не менее важно, что расизм европейцев стал служить им психологической защитой от страха вечных мук. Расизм давал некоторую надежду на то, что явная «избранность» европейцев в сравнении с расами аборигенов колоний согласована с «небесными списками». Эрих Фромм высказал такое суждение: «Человек, освободившийся от пут средневековой общинной жизни, страшился новой свободы, превратившей его в изолированный атом. Он нашел прибежище в новом идолопоклонстве крови и почве, к самым очевидным формам которого относятся национализм и расизм».

Оксана Куропаткина: О создании новых социальных формах и трансформации социальных институтов в результате Реформации мы поговорим в следующих беседах.
38 комментариев or Оставить комментарий
Comments
(Удалённый комментарий)
tradicionalist From: tradicionalist Date: Март, 11, 2015 17:49 (UTC) (Ссылка)
Для нас важны именно культурные формы. До нас индивидуализм, расизм и прочие кальвинистские заморочки дошли в упаковке марксизма. У нас не было кальвинистов, отрицавших коллективное спасение и утверждавших что люди чады Дьявола. У нас идеи невозможности коллективного спасения и человеческих связей в головы студентов вбивали попы марксистского прихода:

«... обнаруживается материалистическая связь людей между собой, связь, которая обусловлена потребностями и способом производства и так же стара, как сами люди, – связь, которая принимает все новые формы и, следовательно, представляет собой "историю", вовсе не нуждаясь в существовании какой-либо политической или религиозной нелепости, которая еще сверх того соединяла бы людей.»

У нас никто не ссылался на Кальвина. Ссылались на Маркса. И не на религию, а на "науку". Для нас не так важны баптисты, отказывавшиеся крестить детей алкоголиков, как Маркс, выступавший против запрета детского труда, называя его "благочестивыми пожеланиями", или в церковных терминах, "служением твари, а не Богу" Его бог - нажива, а дети тварь, которую надлежит приносить на алтарь:

«Полное запрещение детского труда несовместимо с существованием крупной промышленности и поэтому является пустым благочестивым пожеланием. Проведение этой меры,—если бы оно было возможно,— было бы реакционно»

Кальвинизм, упакованный в марсову писанину, навязывался уже не авторитетом церкви, а именем "науки". Он одинаково проникал и в лютеранскую Германию и в католическую Италию и в православную Россию, порождая гражданские войны, трудармии, варварские варианты коллективизации, хрущевские "оттепели", гонения на армию и горбачевскую перестройку.

Глупо выводить, например, фашизм из Кальвина. Ведь это предполагало бы что в католической Италии фашизм невозможен, равно как и в лютеранской Германии. Фашизм был реакцией на марксизм, и нигилизм черпал именно оттуда, уже в готовых и специфических марксистских формулах. Марксизм и фашизм уже восстание не протестанта против католической церкви, а "науки" против религии вообще.

Edited at 2015-03-11 18:04 (UTC)
mbskvort From: mbskvort Date: Март, 12, 2015 16:09 (UTC) (Ссылка)
Попытка управлять сознанием человека неизбежно ведет к мракобесию.(М.Б.Скворцов)
Так что О.Куропаткина и иже с нею зря из штанов выпрыгивают от усердия,пытаясь обосновать необосновываемое.
- хоть чучелом,хоть тущкой,а круговой поруки никак не получается)))
igara From: igara Date: Март, 13, 2015 03:56 (UTC) (Ссылка)
Сергей Георгиевич, беседы очень интересные, продолжайте, не обращайте внимания на комментарии.
advokat001 From: advokat001 Date: Март, 13, 2015 09:06 (UTC) (Ссылка)
Черезвычайно полезная статья для понимания мира, в котором мы живем!

Да!!!!!1
mbskvort From: mbskvort Date: Март, 13, 2015 12:30 (UTC) (Ссылка)
Это точно!
В мире столько всего рядом вместе поместилось!Столько разных интересов переплелось!
Вот бытиё и сформировало такое сознание.
tradicionalist From: tradicionalist Date: Март, 13, 2015 15:28 (UTC) (Ссылка)

Оригинал - "Протестантская этика" Вебера еще полезней.

Но за 100 лет пора бы уже и дальше пойти.
advokat001 From: advokat001 Date: Март, 13, 2015 20:11 (UTC) (Ссылка)

Re: Оригинал - "Протестантская этика" Вебера еще полезне

Далеко, сердешный, собралися-тА пойти???? 100 лет - это чих истории, если хронология не врет, кАнеШнА........ Шо изменилось-тА за эти 200 - 350 лет????????????????

Edited at 2015-03-14 07:59 (UTC)
victor belov From: victor belov Date: Март, 14, 2015 12:35 (UTC) (Ссылка)

Re: Оригинал - "Протестантская этика" Вебера еще полезне

Н-да, с подобной "мудростью" шансы наши на нуле и ниже
advokat001 From: advokat001 Date: Март, 14, 2015 13:38 (UTC) (Ссылка)

Re: Оригинал - "Протестантская этика" Вебера еще полезне

Аргументируй!
victor belov From: victor belov Date: Март, 14, 2015 14:48 (UTC) (Ссылка)

Re: Оригинал - "Протестантская этика" Вебера еще полезне

Во-первых, резвый юноша, мы с вами коров-овец вместе не пасли, поэтому тыкать мне у вас нет никаких оснований.

Во-вторых за последние 100 лет энергичные мозговые западные центры разработали и внедрили в жизнь по меньшей мере с десяток всяких "измов"- неолиберализм, постпостмодернизм и т.п. Они, в отличие от нас, усердно работают - своевременно отвечают на вызовы времени и на постоянно меняющуюся в мире ситуацию, разумеется исключительно в собственных корыстных целях. Нам, представителям русской цивилизации, в этих планах в лучшем случае отводится роль прислуги.

Вы предлагаете в этой ситуации продолжать сладко полёживать и потягиваться на печке, руководствуясь в своей жизни достижениями политической философии двухсотлетней давности. Трагический результат такого безмозглого самодовольства мы уже имеем - взгляните на Украину. А вы по сути дела вашим призывом предлагаете нашу убогость и беспомощность закрепить, очевидно для того, чтобы и далее продолжать покорно ожидать своей участи, как те бараны на бойне. Я ясно излагаю?
advokat001 From: advokat001 Date: Март, 14, 2015 18:10 (UTC) (Ссылка)

Re: Оригинал - "Протестантская этика" Вебера еще полезне

Не надо, папаша, морочить мне мозги!!!!! Ага???

Чем ваш неолиберализм, папаша, принципиально противоречит тому, что устанавливала и утверждала протестантская Реформация????? Только введением понятия глобализации, дядя????? Все те же заморочки про свободный рынок и конкуренцию, но только конкуренция уже ими распространяется и в сферу семьи?????

Смотрите, папаша, шо пишут неолибералисты: "каждый человек рассматривается как свободный предприниматель, организующий собственную жизнь как предприятие, а каждое социальное взаимодействие — как контракт (акт купли-продажи). Все формы отношений, в том числе взаимоотношения работников одной компании или членов семьи, рассматриваются как виды суб-рыночной конкуренции. Согласно теории неолиберализма, нации и государства на мировом рынке также выступают в роли предприятий."

Ничего нового, только все укрупняется, т.к. появились ТНК, с которыми всем предлагается конкурировать... а это заведомо занятие бессмысленное, занятие для ИДИОТОВ, папаша... не хотелось бы ВАС обидеть в такой день... да! УЖЕ, папаша, появилась глобализированная ГЛОБОбюрократия, которой уже хочется рассматривать отдельные гос-ва, шо будут платить им налоги, как обычные предприятия и не более того)))))))))) потом эти НАЦпредприятия можно будет использовать в качестве концентрационных лагерей (в соответствии с отдельным Договором оказания услуг) и газовых камер по утилизации человеческого материала по проимеру Бухенвальда))))))))))

Чтобы легче было внедрять эту идею придумали постмоденизм, чтобы убедить человечество, что все УБЛЮДКИ, ИДИОТЫ, СМЫСЛА жизни НЕТ, а есть лишь ХАОС и непонятно где находящийся, мерцающий центр управления миром... шо-то типа Волшебника Изумрудного Города..... и бога нет, вообще ничего нет... а есть только бессмысленная жизнь, чтобы легче было бы умервщлять 99% человечества, т.к. в следующем технологическом укладе будут одни роботы работать, снабженные иск-м интеллектом, папаша!!!!!!!!

А вы , папаша, шо же русских людей обижаете и говорите через губу, шо они только на печи и лежат????????? ГА, папаША??????????????????????????????

Русские люди дали величайший в истории человечества ответ на вызовы 20 века в виде ГЕНИАЛЬНОГО, творческого советского проекта..... в нем не было ШИЗОФРЕНИИ постмодерна и ХИЩНОГО глобалистического НЕОЛИБЕРАЛИЗМА.....

Ну, ВЫ, папаша, ДАЁТЕ!!!!!!!!!!!!! Вам, шо умищАА не хватило понять таких простых вещей????? Плохо в школе учились???

Дела......

Edited at 2015-03-14 18:37 (UTC)
victor belov From: victor belov Date: Март, 14, 2015 22:53 (UTC) (Ссылка)

Re: Оригинал - "Протестантская этика" Вебера еще полезне

Молодой человек - большая просьба - попытайтесь как-нибудь без брызжущих эмоций, патетических восклицаний и прочей утомительной трескотни обходиться хотя бы в комментах, а то у меня от них голова начинает болеть. И почему в тексте такое огромное количество повторяющихся знаков? Паралич или Паркинсон? Ну впрочем ваши дела.
По существу. Со времён Сократа-Платона-Аристотиля практически ничего нового в общественных отношениях изобретено не было. Это первое.

Второе. Само название "неолиберализм" недвусмысленно заявляет о том, что это всего лишь вариант классического либерализма (как вы верно утверждаете), НО! адаптированный к современным условиям. Различия между базовой моделью и вновь синтезированной весьма существенны. Для того, чтобы это понять, надо знать предмет глубже, а не ограничиваться изучением ВИКИ. Коротко, главное отличие состоит в том, что в классическом либерализме приоритет отдавался производительному бизнесу, а в его нео-версии - финансовому.

«В 1971 году 90% международных финансовых сделок относились к реальной экономике — к торговле или долгосрочным инвестициям, а 10% были спекулятивными. К 1990 году процентное соотношение изменилось на противоположное, а к 1995 году около 95% значительно больших сумм были спекулятивными, с ежедневными потоками, как правило, превосходящими общие резервы для международного обмена семи крупнейших индустриальных держав более чем на один триллион долларов в день, и весьма краткосрочными: около 80% сумм возвращались назад за неделю и менее того».
(Ноам Хомский «Прибыль на людях»).

Третье. Зачем же понадобилось создавать новую весию либерализма? Да по одной простой причине - прежний либерализм был сокрушён кейнсианством, которое положило начало "золотому веку" запада и воскресить либерализм в прежнем виде не было возможности. Кейнсианство заставило капитал раскошелиться на общество и на отверженных этим обществом. В США верхняя граница ставки подоходного налога превышала 90%, В Англии она была ещё выше - Битлз например платили от всех доходов 97,5 % в казну. Капитал, разумеется, с этой "несправедливостью" смириться не мог, и подготовил новую теорию - неолиберализм, а её разработчикам - Хайеку и Фридману выдал по Нобелевской премии. Потом перешёл в наступление и взял реванш за потерянные в "золотой век" прибыли (тэтчеризм, рейгономика). Вот вам яркий пример для подражания. А сейчас, как вы опять верно заметили, он разработал и пытается внедрить модель единого общества, управляемого единым правительством.

Четвёртое. А что сделали и делаем мы? В 60-х мы ясно увидели, что развитие человечества очень сильно отклонилось от траектории предначертаной Марксом, и вместо того, чтобы изобрести неосоциализм, мы начали с яростью разрушать все немалые достижения прежнего социализма, прежней жизни. А для чего? - А чтобы перенестись в примитив 18 века - рынка Адама Смита и классического либерализма, имея при этом на руках современную индустрию, высокоразвитые социальные отношения и прочее. Как это деяние можно назвать, и как назвать осуществивших его деятелей? И как соотносятся с этим фактом ваши восклицания и пожелание оставаться на уровне развития двухвековой давности? Логика отсутствует совершенно.

Каждое поколение имеет свой вызов. Поколение строителей социализма справилось в свое время с вызовом своей эпохи - а мы нет, так что не надо их лавры на себя примерять. Вместо тяжкой работы мы на печи уже 25 лет полёживаем или стучим трясущимися руками по клавишам. Так-то сын мой.
te2017 From: te2017 Date: Март, 16, 2015 06:59 (UTC) (Ссылка)
Спасибо, ждем следующих! :)
From: stegman Date: Июль, 29, 2015 08:04 (UTC) (Ссылка)
инквизиторы отвергли существование конкретного инструмента дьявольских козней, так пугающего народ, — ведьм,
Когда было принято такое решение? Где об этом можно почитать?
38 комментариев or Оставить комментарий