?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Мой сайт Previous Previous
sg_karamurza
http://tvzvezda.ru/news/qhistory/content/201701230806-rqv0.htm
77 комментариев or Оставить комментарий
Мы с 1999 г. на форуме обсуждали процессы перестройки и реформ, у нас были расхождения и противоречия, кто-то уходил, другие приходили. Недавно эта основа группой распалась. Уже 9 лет я рассуждал и слушал и обсуждал комментарии в ЖЖ.
Я не пытался направить исследования товарищей в мое русло, только иногда коротко излагал свое представление о переходе в новый этап размышлений. Старшие из нас прошли в 1970-80 годы сложный кризис и помнят, как распадалось общество на много групп. Они разбежались по разным тропинках, но все думали о том же, но по-разному. После 1985 г. 15 лет все мы ругались, без этого было нельзя – все были в плохом состоянии, до инфарктов.
Мы что-то понимаем с начала 2010 г. Я пришел к выводу, что те источники устарели, те тексты излагали мнения в состоянии неопределенности и непонимания основные процессы. Стало видно, что рациональные модели строгой науки не соединились с нашей гуманитарной натурфилософией. А из-за этого и рациональные модели были в застое. Они отошли к «науке бытия», и увяла «наука становления», которая нас спасла в первой части ХХ в. В таком застое наша интеллигенция потеряла образ будущего и вектор к нему. Реально, наша интеллигенция превратилась в мещанство.
До этого были эмоции и ярлыки для обозначения позиции. Теперь называть предателями тех, кто далеко ушли от моей тропинки как враги, – бесполезно и даже глупо. Это ничего не даст. Если мы хотим сохранить страну и культуру, надо изучить и понять наши больные общество и культуру.
А для этого надо отодвинуть свои предпочтения и создать реальную картину «поле битвы» второй части ХХ века. Без этой картины и карты, никакие наши герои ничего не сделают. Россию-СССР возродили из огня в начале ХХ века благодаря тому, что одна группа создала совершенно новую парадигму в сфере обществоведении. Это была большая инновация. Эта методология собрала почти все группы, которые были врагами. Без этого мы бы не победили в войне. Но эту методологию мы утратили за 1960-80 гг.
Чтобы ее понять и обновить надо потрудиться, а не ругаться.
61 комментарий or Оставить комментарий
Это болезненная операция.
Дело в том, что большинство из нас так представляют причину краха нашей картины мира, как «фактор предательства». Эта причина греет душу, но рационально ее объяснить никто не хочет и не может. Витает довод, что это «загадочная русская душа».
В интернете есть много выложенных копий текста А.А. Зиновьева «Фактор предательства» (если только это его текст). В этом трактате говорится, например: «Ужас нашей русской трагедии удваивается оттого, что она произошла не в героической, возвышенной и жертвенной, а в ублюдочной, трусливой, шкурнической, унизительной и подлой форме. И т.д.».
Как это можно принять? Кто у нас предатели? Член ЦК кадетов Вернадский - предатель? Плеханов не принял Октябрьскую революцию - предатель? А при Хрущева старшие поколения видели «оттепель» и 20-й Съезд партии. Уже была видна часть общества с иными представлениями и ценностей, – и эта часть на время захватила власть. Люди удивлялись, спорили, но не называли предателями. Но сила этой части еще была недостаточна. Эта власть была отодвинута, а ее социальная база отошла в тень и стала разрабатывать долговременный проект. Почему же можно назвать предателями часть общества, которая росла и накапливала доводы, требующие: «Карфаген должен быть разрушен»? Пусть их доводы были ошибочные, «мы» это видели, но считали, что это безобидно.
Вот, возникло такое явление, как антисоветский марксизм. Он быстро развивался в 1960–80-е годы на Западе и в СССР. Общество в целом не посчитали это угрозой – мы были слепыми или подслеповатыми. Этот марксизм сыграл важную роль в мировоззренческом кризисе советского общества. Вот когорта виднейших советских интеллектуалов, которые в 1950-е годы вместе учились на философском факультете МГУ – Мамардашвили, Зиновьев, Грушин, Щедровицкий, Левада. Теперь о них пишут: «Общим для талантливых молодых философов была смелая цель – вернуться к подлинному Марксу».
Из этой пятерки выпадает А.А. Зиновьев: он хоть и готовил покушение на Сталина и писал едкие антиутопии на советский строй, но, повидав уже постсоветскую Россию, он стал приверженцем СССР и назвал Сталина самым великим политиком. Иными словами, он разумно искал положительный идеал и после сравнения альтернатив рационально остановился на возможной и осуществленной советской системе – пусть и после ее гибели.
Все знают, что большинство гуманитарной элиты рукоплескали тем, кто конкретно разрушал нашу «империю зла». Вероятно многие из них про себя знают, что «целили в СССР, а попали в Россию», но сделали страшную ошибку. Но это ошибка, а не предательство. Тем более, новые поколения молодежи оказались перед фактом.
Теперь честные люди, старые и малые, должны изучать такие ошибки и вырабатывать методологию раскрыть наше реальность, которая давно уже покрыта слоями фальши и манипуляции. Без этого наша страна и культура не устоят. А вылавливать предателей должны следователи.
109 комментариев or Оставить комментарий
Сегодня 25 лет расстрела достойных людей. Подумайте - и те, и другие.
56 комментариев or Оставить комментарий
Недавно вышла книга "Карл Маркс: мировой дух" (второе издание). М.: Молодая гвардия. 2018. - 447 с.
Я подумал, что предисловие может быть для кого-то интересным, и тем более сама книга. Вот предисловие:

Издание биографии Маркса, сконструированной Жаком Аттали, станет важным событием. Любая биография такого человека, как Маркс, есть важный манифест, полный явных и скрытых смыслов, актуальных сегодня. Тем более это справедливо для книги Аттали, который является не только знатоком, но и идеологом важных цивилизационных и геополитических доктрин современности. Биографию Маркса он писал не ради гонорара и не для кружков политграмоты поредевших марксистов. Надо было высказать несколько идей той огромной общности людей, которые осмысливают современность вместе с ее корнями, уходящими в марксизм.
Потребность разобраться в тех импульсах, которые Маркс дал бурным процессам ХХ века, велика независимо от того, какую позицию занимает человек, размышляя об идейных, политических и социальных столкновениях. Много ошибок мы делаем просто потому, что не понимаем и даже не знаем, как мыслит человек по другую сторону баррикады. Написал о Марксе Жак Аттали? Надо его прочитать.Читать дальше...Свернуть )
27 комментариев or Оставить комментарий
Сегодня в России прятать их не надо и вредно. Они послужили важным идеологическим оружием перестройки и реформы, и если бы раньше были подвергнуты осмыслению и «спокойному серьезному» обсуждению, то этого оружия разрушители СССР были бы лишены. Аттали прекрасно сформулировал главные положения «антисоветского марксизма». Стоит их процитировать, хотя сам Маркс изложил их гораздо мощнее, эмоциональнее и с большой художественной силой.Читать дальше...Свернуть )
45 комментариев or Оставить комментарий
Еще пригодится.
87 комментариев or Оставить комментарий
24 апреля в Институте социально-политических исследований РАН состоялся научно-методологический семинар "Доктрины экономики как оружие гибридных войн. Опыт XX века". С докладом выступил главный научный сотрудник отдела политологии ИСПИ РАН, доктор философских наук (не верят, что я химик), профессор Сергей Георгиевич Кара-Мурза.
http://www.isprras.ru/
Вот конспект моего доклада: http://www.isprras.ru/pics/File/20180424%20Kara-Murza.pdf
32 комментария or Оставить комментарий
В журнале "НАУКА. КУЛЬТУРА. ОБЩЕСТВО", №1, 2018, с. 89-108.
9 комментариев or Оставить комментарий
Переходим к становлению политэкономии на траектории Октябрьской революции.
Напор страстей в столкновении двух антагонистических политэкономий был краткосрочным (4 месяца), с июля Россия пошла по своему пути. Историки объясняют изменение массового сознания: «Все это стало приобретать осознанный характер и глубокую убежденность в условиях революции, когда партии обнародовали программы и определили средства борьбы за массы. Антибуржуазная пропаганда леворадикальных партий заняла в них ведущее место и легла на благодатную почву. Ненависть к капиталистам усилилась из-за политики Временного правительства, которое не стало выполнять “триединую программу революции” и тем самым оттолкнуло от себя большинство населения. По мере нарастания революции и углубления кризиса ненависть к капиталистам и помещикам быстро нарастала» [161].
История прекрасно показывает этот процесс: власть совершенно бескровно и почти незаметно «перетекла» в руки Петроградского совета, который передал ее II Съезду Советов. Тот сразу принял Декреты новой политэкономии – главные предусмотренные Лениным источники легитимности нового порядка в момент его возникновения. Именно эти декреты нейтрализовали потенциальный источник легитимности Учредительного собрания. Читать дальше...Свернуть )
15 комментариев or Оставить комментарий
Вот эпизод из воспоминаний видного деятеля Февраля В.Б. Станкевича: «Ярчайшим примером полного бессилия властей стал, пожалуй, события, происходящие в нескольких десятках верст от столицы – в Шлиссельбурге, городской совет которого 17 апреля выразил недоверие правительству, создал свой революционный комитет, объявленный высшим органом власти в городе. Земля в уезде была экспроприирована, причем это решение проводила в жизнь городская милиция. Город также обратился ко всей России с призывом немедленно установить рабочий контроль на предприятиях и ликвидировать частную собственность на землю» (см. [162]).
Население сразу поняло смысл туманной политэкономии Временного правительства. В своей первой Декларации от 2 марта правительство ни единым словом не упоминает о земельном вопросе. Лишь телеграммы с мест о начавшихся в деревне беспорядках заставляют его заявить 19 марта, что земельная реформа «несомненно станет на очередь в предстоящем Учредительном собрании», предупредив: «Земельный вопрос не может быть проведен в жизнь путем какого-либо захвата».
С самых первых дней революции крестьянство выдвинуло требование издать закон, запрещающий земельные сделки в условиях острой нестабильности. Всероссийский съезд крестьянских депутатов – сторонник Временного правительства – потребовал немедленно запретить куплю-продажу земли. Причина была в том, что помещики начали спекуляцию землей, в том числе ее дешевую распродажу иностранцам. Землю делили малыми участками между родственниками, закладывали по бросовой цене в банках. На хищнический сруб продавали леса, так что крестьяне нередко снимали стражу помещиков и ставили свою. За апрель число крестьянских выступлений выросло в 7,5 раз.
Декларация правительства от 5 мая обещала начать преобразование землепользования «в интересах народного хозяйства и трудящегося населения», но правительство так и не издало ни одного законодательного акта во исполнение этой Декларации.
Товарищ министра земледелия писал: «Неоднократно мы вносили на обсуждение законопроекты, но как только внесем, кабинет трещит и разлетается». В результате помещики организовались для борьбы с земельными комитетами, начались массовые аресты их членов и предание их суду. «Если так будет продолжаться, – заявил министр-эсер Чернов, – то придется посадить на скамью подсудимых три четверти России». С августа начались крестьянские восстания с требованием национализации земли.
К осени 1917 г. крестьянскими беспорядками было охвачено 91% уездов России. Для крестьян (и даже для помещиков) национализация земли стала единственным средством прекратить войны на меже при переделе земли явочным порядком. Пойти на национализацию земли Временное правительство не могло, поскольку уже в 1916 г. половина всех землевладений была заложена, и национализация земли разорила бы банки (почти все банки были иностранными).
В начале 1917 г. возникли перебои в снабжении хлебом Петрограда и ряда крупных городов. Пробным камнем были три требования почти от всего населения: «Земли! Мира! Хлеба!». Все эти требования взаимосвязаны, они назывались «триединой программой революции». Это была кризисная политэкономия после Февральской революции. Земли и мира правительство не дало. Но и хлеба в условиях либерально-буржуазного доктрины организовать обеспечение правительство не смогло.
Министр продовольствия С.Н. Прокопович (меньшевик) заявил, что «хлебная монополия, несмотря на удвоение цен, в условиях бестоварья оказывается недействительной и... при данном положении дел для хлебных заготовок придется употреблять военную силу». 20 августа 1917 года Министерство земледелия выпустило инструкцию, которая предписывала применять вооруженную силу к тем, кто утаивал хлеб. Силу не применили. Временное правительство за все его существование собрало по продразверстки ничтожное количество — 30 млн. пудов зерна.
Выявился важный фактор, который показал критерии политэкономии «Февраля». На Государственном совещании в Москве Прокопович, отвечая на недовольство Рябушинского отстранением предпринимателей от хлебной торговли, прямо заявил, что для привлечения к продовольственному делу частного торгового предпринимательства нет препятствий в законе. А дело в том, пояснил он, что местные продовольственные органы в большинстве случаев не допускают частных предпринимателей из-за резко недоверчивого и даже прямо враждебного отношения к торговому классу со стороны местного населения. Это отношение объясняется «тою ненавистью, какую особенно во время войны торговцы в лице спекулянтов и мародеров пробудили к себе в населении» (см. [163]).
Поскольку частные предприниматели и торговый класс являются главными субъектами экономики, эта ненависть населения была признаком отказа принципов буржуазной политэкономии.
За период с февраля по октябрь 1917 г. крестьяне могли составить для себя четкое представление об отношении буржуазно-либерального государства (даже в коалиции с социалистами) к главным вопросам России.
Потом в Советах стала расти роль большевиков (работали «будущие декреты»). В поединке Временного правительства и Петроградского совета, за которым наблюдали все те, до кого доходила информация, Совет все время «набирал очки». И здесь пробным камнем стал вопрос о земле. Уже 9 апреля Петроградский совет признал «запашку всех пустующих земель делом государственной важности» и потребовал создания на местах земельных комитетов.
В промышленности произошли важные изменения. Из-за большой убыли рабочих во время Мировой войны на фабрики и заводы пришло пополнение из деревни, так что доля «полукрестьян» составляла до 60% рабочей силы. Важно также, что из деревни на заводы теперь пришел середняк, составлявший костяк сельской общины, и большое число крестьянской грамотной молодежи. В 1916 г. 60% рабочих-металлистов и 92% строительных рабочих имели в деревне дом и землю. Эта новая общность обеспечила в среде городских рабочих авторитет общинного крестьянского мировоззрения, общинной самоорганизации и солидарности. На промышленных предприятиях сразу стала складываться система трудового самоуправления. Ее ячейкой был фабрично-заводской комитет (фабзавком). Фабзавкомы вырастали из традиций крестьянской общины, на основе нового поколения.
Фабзавкомы, в организации которых большую роль сыграли Советы, быстро сами стали опорой Советов. Прежде всего, именно фабзавкомы финансировали деятельность Советов, перечисляя им специально выделенные с предприятий «штрафные деньги», а также 1% дневного заработка рабочих. Но главное, фабзавкомы обеспечили Советам массовую и прекрасно организованную социальную базу, причем в среде рабочих, охваченных фабзавкомами, Советы рассматривались как безальтернативная форма государственной власти. Они стал субъектами политической экономики.
На заводах фабзавкомы быстро приобрели авторитет и как организация, поддерживающая и сохраняющая производство (поиск и закупки сырья и топлива, найм рабочих, создание милиции для охраны материалов, заготовки и распределение продовольствия), и как центр жизнеустройства трудового коллектива. В условиях революционной разрухи их деятельность была так очевидно необходима для предприятий, что владельцы шли на сотрудничество (67% фабзавкомов финансировались самими владельцами предприятий). В Центральной России, где фабзавкомы охватили 87% средних предприятий и 92% крупных, рабочие уже с марта 1917 г. считали, что они победили в революции.
Антибуржуазность и органов рабочего самоуправления (фабзавкомов), и сельских советов, была порождена не классовой ненавистью, а именно вытекающей из мироощущения общинного человека ненавистью к классовому разделению, категорией не социальной, а культурной. Фабзавкомы, забиравшие после Февраля рычаги управления в свои руки, предлагали владельцам фабрик стать «членами трудового коллектива», войти в «артель» – на правах умелого мастера с большей, чем у других, долей дохода (точно так же, как крестьяне в деревне, ведя передел земли, предлагали и помещику стать членом общины). Ленин писал об организованном в рамках фабзавкома рабочем: «Правильно ли, но он делает дело так, как крестьянин в сельскохозяйственной коммуне» (см. [164, с. 86]).
Появление фабзавкомов вызвало весьма острый мировоззренческий конфликт в среде социал-демократов. Меньшевики, ориентированные ортодоксальным марксизмом на опыт рабочего движения Запада, сразу же резко отрицательно отнеслись к фабзавкомам как «патриархальным» и «заскорузлым» органам. Они стремились «европеизировать» русское рабочее движение по образцу западноевропейских профсоюзов. Реально, это был конфликт разных политэкономий.
Поначалу фабзавкомы (в 90% случаев) помогали организовать профсоюзы, но затем стали им сопротивляться. Например, фабзавкомы стремились создать трудовой коллектив, включающий в себя всех работников предприятия, включая инженеров, управленцев и даже самих владельцев. Профсоюзы же разделяли этот коллектив по профессиям, так что на предприятии возникали организации десятка разных профсоюзов из трех-четырех человек. Часто рабочие считали профсоюзы чужеродным телом в связке фабзавкомы-Советы. Говорилось даже, что «профсоюзы – это детище буржуазии, завкомы – это детище революции».
Важной деформацией предреволюциционной политэкономии было развитие мощной теневой экономики, связанной с иностранными банками и предпринимателями. Саботаж крупных предприятий и спекуляция продукцией, заготовленной для обороны, начались еще до Февральской революции. Царское правительство справиться не могло — «теневые» тресты организовали систему сбыта в масштабах страны, внедрили своих агентов на заводы и в государственные учреждения. Но после Февральской революции коррупция и преступность расширились в режиме взрыва. Вот выдержка из доклада министра юстиции Временного правительства В.Н. Переверзева на III съезде военно-промышленных комитетов в мае 1917 г.:
«Спекуляция и самое беззастенчивое хищничество в области купли-продажи заготовленного для обороны страны металла приняли у нас такие широкие размеры, проникли настолько глубоко в толщу нашей металлургической промышленности и родственных ей организаций, что борьба с этим злом, которое сделалось уже бытовым явлением, будет не под силу одному обновленному комитету металлоснабжения.
Хищники действовали смело и почти совершенно открыто. В металлургических районах спекуляция создала свои собственные прекрасно организованные комитеты металлоснабжения и местных своих агентов на заводах, в канцеляриях районных уполномоченных и во всех тех учреждениях, где вообще нужно было совершать те или иные формальности для незаконного получения с завода металла. Новый строй здесь еще ничего не изменил,.. организованные хищники так же легко и свободно обделывают свои миллионные дела, как и при прежней монархии… При желании можно было бы привести целый ряд очень ярких иллюстраций, показывающих, с каким откровенным цинизмом все эти мародеры тыла, уверенные в полнейшей безнаказанности, спекулируют с металлом, предназначенным для обороны страны» [117, с. 359].
22 комментария or Оставить комментарий
Главное противоречие: революция союза рабочих и крестьян была мотивирована стремлением не пойти по капиталистическому пути развития, а либералы и ортодоксальные марксисты (меньшевики) приняли классическую политэкономию. Таким образом, в России созревали две не просто разные, а и враждебные друг другу революции. Одна – революция западническая, имевшая целью установление демократии западного типа и свободного капиталистического рынка. Другая – рабоче-крестьянская (советская), имевшая целью закрыть Россию от западной демократии и свободного рынка, национализировать землю помещиков и общинную землю, не допустить «раскрестьянивания» посредством разделения крестьян на классы сельской буржуазии и сельского пролетариата. К этой революции примкнули рабочие с их еще крестьянским общинным мировоззрением и образом действия. Можно даже сказать, что крестьянская революция была более антибуржуазной, нежели пролетарская, ибо крестьянство и капитализм несовместимы, а капитал и труд пролетария – в принципе, они должны были быть партнерами на рынке, спорящими о цене. Читать дальше...Свернуть )
6 комментариев or Оставить комментарий
6.5-1. Диалектика отношения к капитализму в политэкономии Маркса

Возьмем несколько суждений Маркса, которыми он обозначил сущность капитализма и вектор его развития от «дикого капитализма» по пути прогресса до передачи капитала пролетариату. Эти суждения важны как источники и постулаты для политэкономии, а для нас еще важнее тем, что они создают образ западного капитализма, который для нас очень поучителен. Капитализмы есть разные! Тем, кто хочет представить российский капитализм, надо прочитать несколько книг, помимо Маркса. Прежде всего, книгу М. Вебера «Протестантская этика и дух капитализма», тем более, что он изучал революцию 1905 г. и особенности России в отношении капитализма.

Можно сказать, что суждения о капитализме у Маркса крайне противоречивы: капитализм – прогресс, и он же античеловеческий тип жизнеустройства. Это, наверное – диалектика (или интервенция идеологии в научный труд).Читать дальше...Свернуть )
7 комментариев or Оставить комментарий
6.4. Приложение к политэкономии описание форм докапиталистического хозяйства

Для нас очень важен труд Маркса о формах докапиталистического хозяйства народов крупных цивилизаций. Его исследования должны были показать, развиваются ли этнические хозяйства как самобытные формы, или они собираются в общий тренд, согласно объективному естественному закону.

На первой стадии разработки критики политэкономии Марксу приходилось рассматривать античную и германскую производственные системы, порождавшие разные типы земельной собственности, отношений города и деревни. Затем он изучал «азиатский способ производства» с его огосударствлением производительных сил (т.н. «гидравлические цивилизации» Египта, Тигра и Евфрата и др.). В качестве разных целостностей Маркс брал именно цивилизации. Взаимодействие и смена экономических формаций в разных цивилизациях были рассмотрены Марксом в отдельном рабочем материале (в приложении к докапиталистическим формациям), который лежал в стороне от исследования западного капитализма. Этот материал, который Маркс не предполагал публиковать, назывался «Formen die der Kaрitalistischen Рroduktion vorhergehen» («Формы, предшествующие капиталистическому производству»). В западной литературе они так и назывались сокращенно — Formen. Об этом труде сам Маркс с гордостью писал в 1858 г. Лассалю, что он представляет собой «результат исследований пятнадцати лет, лучших лет моей жизни».Читать дальше...Свернуть )

Разобраться с политэкономиями, особо с капитализмом и СССР, сейчас надо чрезвычайно.
3 комментария or Оставить комментарий
8-1. Столкновение двух политэкономий между двух революций Февральской и Октябрьской

Кратко рассмотрим борьбу двух различных доктрин развития народного хозяйства России в период с Февральской революции до Октябрьской. Каковы были принципиальные позиции двух лагерей? Вспомним критерии двух великих западных мыслителей, – Маркса и Вебера – и их суждений относительно русской революции.
Одно из оснований, по которому российские либералы и социал-демократы отвергали советский проект, было прогнозом Маркса о том, каким будет тот уравнительный «казарменный коммунизм», если произойдет революция не пролетарская западная, а рабоче-крестьянская. «Грубому» общинному коммунизму, в котором русские народники видели культурное основание назревающей революции, Маркс уделял большое внимание с самых ранних этапов разработки его доктрины. Читать дальше...Свернуть )
1 комментарий or Оставить комментарий
К началу ХХ века Россия оставалась огромной страной, недостаточно изученной в географическом, геологическом и этнографическом плане. Большим проектом российского научного сообщества перед революцией была институционализация систематического и комплексного изучения природных ресурсов России, потенциала труда и культуры.
К этим соображениям следовало бы только добавить, что здесь понятия «докапиталистические» формы и «регресс» являются лишь данью линейному представлению о ходе исторического процесса, свойственного истмату. О тех же формах Чаянов говорил «некапиталистические». Взаимодействие капитализма с общиной на периферии вряд ли можно было считать и «регрессом», поскольку это был именно симбиоз, позволяющий капитализму эффективно эксплуатировать периферии, а периферии — выжить в условиях огромного по масштабам изъятия из нее ресурсов. Читать дальше...Свернуть )
2 комментария or Оставить комментарий
Капиталистическая модернизация, что предложил Столыпин, была разрушительной и вела к пауперизации большой части крестьянства. Это была историческая ловушка, осознание которой оказывало на крестьян революционизирующее действие. Сама община превратилась в организатора сопротивления и борьбы. «Земля и воля!» — этот лозунг неожиданно стал знаменем русской крестьянской общины. Это оказалось полной неожиданностью и для помещиков, и для царского правительства, и даже для марксистов.

Уже в ходе революции 1905-1907 гг. в части левой интеллигенции начинает меняться представление о крестьянстве и его отношении к капитализму. Ленин постепенно отходит от политэкономии Маркса и западной социал-демократии. На IV (объединительном) съезде РСДРП он предлагает принять крестьянский лозунг революции 1905 г. – требование о «национализации всей земли». Это было несовместимо с принятыми догмами.

Плеханов верно понял поворот: «Ленин смотрит на национализацию [земли] глазами социалиста-револю­цио­нера. Он начинает даже усваивать их терминологию — так, например, он распространяется о пресловутом народном творчестве. Приятно встретить старых знакомых, но неприятно видеть, что социал-демо­краты становятся на народническую точку зрения» [128].Читать дальше...Свернуть )
3 комментария or Оставить комментарий
Достаточно сказать, что в России из-за обширности территории и низкой плотности населения транспортные издержки в цене продукта составляли 50%, а, например, транспортные издержки во внешней торговле были в 6 раз выше, чем в США. На внутреннем рынке России торговля всегда была торговлей на «дальние расстояния». В 1896 г. средние пробеги важнейших массовых грузов по внутренним водным путям превышали 1000 км. Средний пробег по железной дороге в тот год составил: по зерну 638 км, по углю – 360 и по керосину – 945 км [19, с. 317].
Как это влияло на категории политэкономии – цену, рентабельность, зарплату, стоимость кредита и пр.? По сути, один лишь географический фактор заставлял в России принять хозяйственный строй, очень отличный от западного. Читать дальше...Свернуть )
3 комментария or Оставить комментарий
7.3-1. Состояние российской экономической науки перед 1917 г.

Структура мышления образованного слоя и привилегированных сословий второй половины ХIХ в. опиралась на набор понятий Запада и на его авторитет. Это означало, что и в России должен быть капитализм. Россия сильно отстала, в ней много еще было крепостничества и «азиатчины», но сейчас она наверстывала упущенное. Из этого широкого течения выбивались наследники славянофилов — и консерваторы, и революционеры (народники). Против них встали либералы и марксисты. Молодой Ленин в работе 1897 г. «От какого наследства мы отказываемся» он так определил суть народничества, две его главные черты: «признание капитализма в России упадком, регрессом» и «вера в самобытность России, идеализация крестьянина, общины и т.п.».
В 80-е годы экономисты-народники развили концепцию некапиталистического («неподражательного») пути развития хозяйства России. Один из них, В.П. Воронцов, писал: «Капиталистическое производство есть лишь одна из форм осуществления промышленного прогресса, между тем как мы его приняли чуть не за самую сущность». Это была сложная концепция, соединяющая формационный и цивилизационный подход к изучению истории. Народники прекрасно знали марксизм, многие из них были лично знакомы с Марксом или находились с ним и Энгельсом в оживленной переписке.
Важнейшим понятием в концепции «неподражательного» пути развития было народное производство, представленное прежде всего крестьянским трудовым хозяйством. В конце 70-х годов лишь 10% использовалось в рамках капиталистического производства. Иногда проект народников называли «общинно-государственным социализмом». Читать дальше...Свернуть )
Оставить комментарий
После революции 1905-1907 г. правительство решилось на крайний эксперимент (experimentum crucis) – реформу Столыпина, «прусский путь развития капитализма в сельском хозяйстве». Задумано было так: если принудить крестьянина к выходу из общины с наделом, то произойдет быстрое расслоение крестьян, богатые скупят все наделы и станут фермерами, а остальные — батраками. Получится капитализм на селе, как называли, «опора строя». Читать дальше...Свернуть )
36 комментариев or Оставить комментарий
А.В. Чаянов пишет на основании строгих исследований: «В России в период начиная с освобождения крестьян (1861 г.) и до революции 1917 г. в аграрном секторе существовало рядом с крупным капиталистическим крестьянское семейное хозяйство, что и привело к разрушению первого, ибо малоземельные крестьяне платили за землю больше, чем давала рента капиталистического сельского хозяйства, что неизбежно вело к распродаже крупной земельной собственности крестьянам... Арендные цены, уплачиваемые крестьянами за снимаемую у владельцев пашню, значительно выше той чистой прибыли, которую с этих земель можно получить при капиталистической их эксплуатации» [18, с. 143].
Традиционное общество России (община и кооперация) создали гораздо более эффективные социальные формы хозяйства, чем импортированные с Запада симулякры фермерских хозяйств. Чаянов дает к этому такой комментарий: «Наоборот, экономическая история, например, Англии дает нам примеры, когда крупное капиталистическое хозяйство... оказывается способным реализовать исключительные ренты и платить за землю выше трудового хозяйства, разлагая и уничтожая последнее» [18, с. 409]. Читать дальше...Свернуть )
4 комментария or Оставить комментарий
7.2. Сельское хозяйство

Выберем главные факторы состояния сельского хозяйства России в короткой вводной. Сравним факторы нашей деревни с аналогичными факторами – элементами политэкономии западного капитализма.
Описанное в истории время с Х по XIX века показывает, что практически все богатство России создавалось сельскохозяйственным трудом крестьянства. Запад с ХVI века начал уже эксплуатацию колоний, но и там сельское хозяйство играло огромную роль. Так давайте сравним условия земледелия.
В ХIV веке в Англии и Франции поле вспахивали три-четыре раза, в ХVII веке четыре-пять раз, в ХVIII веке рекомендовалось производить до семи вспашек. Главными условиями для такого возделывания почвы был мягкий климат и стальной плуг, введенный в оборот в ХIV веке. Возможность пасти скот практически круглый год и высокая биологическая продуктивность лугов позволяла держать большое количество скота и обильно удобрять пашню. Читать дальше...Свернуть )
8 комментариев or Оставить комментарий
Рост в 1900-1913 гг. тоже прерывался моментами нестабильности. Частично они были вызваны колебаниями на финансовых рынках Европы, от которых сильно зависел российский капитал, частично коррупцией и биржевыми спекуляциями и мошенничествами. Финансовые затруднения возникли в результате войны с Японией и революционных событий 1905 г., которые вызвали отток денег за рубеж. Напряженность, вызванная реформой Столыпина, вызвала сбой 1908 года.

В абсолютных показателях производства и в социальной организации промышленности Россия сильно уступала промышленно развитым странам. Отметим лишь, что в 1913 г. в промышленности России было занято 3 млн. рабочих, причем 8,8% из них были подростки и 2,8% малолетние. 60% рабочих относились к категории малоквалифицированных. Социальные условия труда были исключительно тяжелыми.
Читать дальше...Свернуть )
7 комментариев or Оставить комментарий
7. Представление народного хозяйства Российской империи

Мы можем лишь чуть-чуть коснуться развития хозяйства Руси и России – история экономики, и вообще, была очень сложной, и лучше признать (хоть про себя), что надежного и широкого знания до ХIХ века у нас нет, включая и историков. На Западе понятие «политэкономия» появилось в конце XVIII века. Были летописи, трактаты деятелей церкви, приближенных государей, купцов и путешественников. В России тоже появлялись трактаты о хозяйстве. Известна была «Книга о скудости и богатстве» И.Т. Посошкова (1724 г.), но по своему типу эти рассуждения относились к натурфилософии, а становление трудов политической экономии означало сдвига к научному методу, хотя до норм науки не дошли.
Развитие хозяйства России опиралось на природные, культурные, религиозные и этнические устои, и в результате и освоение европейской науки и капитализма.
Читать дальше...Свернуть )
Оставить комментарий
Противоречия у Маркса возникали из-за того, что он смешивал абстрактную модель с идеологией, на которой он строил учение о пролетарской революции. Понятие «необходимый» труд, который оплачивается по эквиваленту стоимости рабочей силы, противоречит всей идеологии Маркса, когда он говорит о реальном положении рабочего класса как идеолог. Вот, он пишет в «Капитале» (гл. ХIII, 8): «Какую роль в образовании прибавочной стоимости, а следовательно, и в образовании фонда накопления капитала играет в наши дни прямой грабеж из фонда необходимого потребления рабочего, это мы видели» [23, с. 616].Читать дальше...Свернуть )
6 комментариев or Оставить комментарий
Маркс полагал, что бывший у капитализма импульс прогресса близок к исчерпанию, поскольку основанное на частной собственности производство регулируется стихийными механизмами и не приемлет научного планирования в масштабе всего общества. Маркс считал законом давление капитализма, которое создает абсолютное обнищание рабочих. Поэтому капитализм должен будет уступить место более прогрессивной формации, в которой частная собственность заменялась общественной. Исходя из этого марксизм предъявил капитализму два обвинения, которые в общественном сознании ставили под сомнение законность продолжения жизни этой формации: 1) торможение развития производительных сил; 2) эксплуатация рабочих посредством изъятия капиталистом прибавочной стоимости. Больше претензий, по существу, не было.Читать дальше...Свернуть )
21 комментарий or Оставить комментарий
Прошло время, и в «Капитале» (1867) Маркс пишет, что такие события должны произойти в другой критической точке: «Монополия капитала становится оковами того способа производства, который вырос при ней и под ней. Централизация средств производства и обобществление труда достигают такого пункта, когда они становятся несовместимыми с их капиталистической оболочкой. Она взрывается... Капиталистическое производство порождает с необходимостью естественного процесса свое собственное отрицание. Это — отрицание отрицания... Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют» [23, с. 772-773].Читать дальше...Свернуть )
1 комментарий or Оставить комментарий
Между прочим, и сейчас у нас в России расплодился «совсем не тот буржуа, которому удалось неслыханным трудолюбием и пристальным изучением профессии (хотя и не без участия кровопивства) завоевать себе положение в обществе».

Надо отметить, что «колесо истории» капитализма давило цивилизованные народы Запада с гораздо меньшей жестокостью, чем жителей «восточных деспотий». Уже на стадии первоначального накопления там создали системы социальной помощи. Но даже небольшие травмы вызывали в Англии несравненно большее сожаление, чем массовая гибель «отсталых». Разве для России это не было сигналом?

Маркс пишет: «Всемирная история не знает более ужасающего зрелища, чем постепенная, затянувшаяся на десятилетия и завершившаяся, наконец, в 1838 г. гибель английских ручных хлопчатобумажных ткачей. Многие из них умерли голодной смертью, многие долго влачили существование со своими семьями на 2,5 пенса в день. Напротив, английские хлопчатобумажные машины произвели острое действие на Ост-Индию, генерал-губернатор которой констатировал в 1834— 1835 годах: “Бедствию этому едва ли найдется аналогия в истории торговли. Равнины Индии белеют костями хлопкоткачей”. Конечно, поскольку эти ткачи расстались с сей временной жизнью, постольку машина уготовала им только “временные страдания”» [23, с. 441-442]. (Это – тонкая английская шутка).Читать дальше...Свернуть )
7 комментариев or Оставить комментарий
В этом труде «Экономико-философские рукописи 1844 г.», где сформулированы многие постулаты будущей политэкономии, есть такое утверждение: «Подавление потребностей, как принцип политической экономии». Это – плод умозрительного рассуждения. Уже в тот период появились признаки сдвига политэкономии Запада к «обществу потребления» – после опыта захвата рынков стран, превращенных в колонии и зависимых стран.

Маркс и Энгельс сами, почти тогда же, включили в «Коммунистический Манифест» такой постулат: «Буржуазия быстрым усовершенствованием всех орудий производства и бесконечным облегчением средств сообщения вовлекает в цивилизацию все, даже самые варварские, нации. Низкие цены ее товаров – вот та тяжелая артиллерия, с помощью которой она разрушает все китайские стены и принуждает к капитуляции самую упорную ненависть варваров к иностранцам. Под страхом гибели заставляет она все нации принять буржуазный способ производства» [92, с. 428].Читать дальше...Свернуть )
9 комментариев or Оставить комментарий
6.3. Товарный мир, товарный фетишизм и положение рабочих



Политэкономия Маркса рассматривает товары не как вещи, а исключительно как отношения между людьми. Материальная сущность вещей не имеет значения для экономики, потому, что посредством достигается полная соизмеримость вещей. Под производством понимается производство стоимости и прибавочной стоимости, а не их материальных, вещественных оболочек.

В «Капитале» (гл. I, «Товар») читаем: «Как потребительные стоимости, товары различаются прежде всего качественно, как меновые стоимости они могут иметь лишь количественные различия, следовательно, не заключают в себе ни одного атома потребительной стоимости». Маркс доброжелательно ссылается: «Как говорил старик Барбон, “между вещами, имеющими равные меновые стоимости, не существует никакой разницы или различия”» [23, с. 46].

В этой модели политэкономии движение реальных вещей полностью заменено движением меновых стоимостей, выражаемых деньгами, и сама проблема взаимоотношения человека с природой и материальными вещами в его хозяйственной деятельности из модели устранена. Устранена, следовательно, и проблема несоизмеримостей просто игнорируется. А стоит только чуть-чуть «впустить» природу в эту модель, она вся рушится. Допущение о соизмеримости реальных продуктов многие считали слишком сильной абстракцией. Эколог О. Нойрат, видный представитель Венского кружка, приводил такой пример: килограмм груш несоизмерим с книгой в ту же цену, так как при производстве груш энергетические запасы Земли возрастают, а при производстве книги – снижаются [86].Читать дальше...Свернуть )
2 комментария or Оставить комментарий
http://lgz.ru/article/-13-6637-28-03-2018/iz-glubiny/

Из глубины
Колумнисты ЛГ / Очевидец
Кара-Мурза Сергей
Как я пришёл к Горькому и шёл с ним… Думаю, многие мои сверстники так же. Часто вспоминаю эту дорогу. Я рано прочитал о Буревестнике и Соколе, о Данко и Ларре из «Старухи Изергиль», про себя даже говорил с Горьким. Он мне был не совсем писатель – сам его путь был трагедией, но с ясным разумом. А это очень тяжело. Я взял «Детство», и как будто получил учебник и карту. С ними мы росли и познавали мир и человека. Тогда я это не понимал, а позже само вышло – я через него понял своё детство и увидел свою дорогу, со своими ошибками и злом.Читать дальше...Свернуть )
11 комментариев or Оставить комментарий
Идея прогресса соединилась с алхимией. Трудно выявить истоки этого синтеза. Вероятно, влияние оказала идущая от натурфилософии вера в трансмутацию элементов и в то, что минералы (например, металлы) растут в земле («рождаются Матерью-Землей»). Алхимики, представляя богоборческую ветвь западной культуры, верили, что посредством человеческого труда можно изменять природу. Эта вера, воспринятая физиократами и еще присутствующая у А. Смита, была изжита в научном мышлении, но, чудесным образом, сохранилась в политэкономии в очищенной от явной мистики.

Мирча Элиаде так пишет об этой вере: «В то время как алхимия была вытеснена и осуждена как научная “ересь” новой идеологией, эта вера была включена в идеологию в форме мифа о неограниченном прогрессе. И получилось так, что впервые в истории все общество поверило в осуществимость того, что в иные времена было лишь миленаристской мечтой алхимика. Можно сказать, что алхимики, в своем желании заменить собой время, предвосхитили самую суть идеологии современного мира. Химия восприняла лишь незначительные крохи наследия алхимии. Основная часть этого наследия сосредоточилась в другом месте – в литературной идеологии Бальзака и Виктора Гюго, у натуралистов, в системах капиталистической экономики (и либеральной, и марксистской), в секуляризованных теологиях материализма и позитивизма, в идеологии бесконечного прогресса» (цит. по [33, c. 37]).Читать дальше...Свернуть )
3 комментария or Оставить комментарий
6.2. Рабский труд и природные агенты



Политэкономия Маркса – огромный и сложный труд. Он был адекватен капитализму, который был исключительно сложной культурой. В этом российские либералы и буржуазия глубоко ошиблись (а советские экономисты и наши «буржуа» ошиблись совсем неприлично).

Виднейший американский экономист В. Леонтьев писал: «Маркс был великим знатоком природы капиталистической системы… Если, перед тем как пытаться дать какое-либо объяснение экономического развития, некто захочет узнать, что в действительности представляют собой прибыль, заработная плата, капиталистическое предприятие, он может получить в трех томах “Капитала” более реалистическую и качественную информацию из первоисточника, чем та, которую он мог бы найти в десяти последовательных выпусках “Цензов США”, в дюжине учебников по современной экономике».

Такая оценка общего значения труда Маркса для экономистов, работающих в капиталистической экономике, сохраняется и поныне. Другой американский Нобелевский лауреат по экономике, П. Самуэльсон, говорил, что марксизм «представляет собой призму, через которую основная масса экономистов может — для собственной пользы — пропустить свой анализ для проверки» (см. [80]).Читать дальше...Свернуть )
9 комментариев or Оставить комментарий
Маркс писал в 1868 г.: «Чертовщина заключается в том, что практически интересное и теоретически необходимое в политической экономии так далеко расходятся друг с другом, что здесь, в отличие от других наук, не находишь нужного материала» [74].

Следуя по этому же пути, мы сталкиваем два фундаментальных постулата марксизма: что практика – критерий истины; что сам марксизм – это прежде всего метод («Он не дает готовых догм, а только лишь отправные точки для исследования и метод для такого исследования»).

У нас тогда на форуме обсуждение закона стоимости показало, что у тех, кто считал этот закон теорией, имелось множество разночтений по самым исходным утверждениям. Думаю, это оттого, что понятия и категории этого закона обставлены таким количеством допущений, оговорок и туманных изречений, что все их запомнить человек не может и поневоле «плавает».

Маркс квалифицирует политэкономию как «чертовщину», это эмоциональное выражение, но и серьезные критерии бывают неубедительны. Он пишет: «Только в том случае, если вместо противоречащих друг другу догм рассматривать противоречащие друг другу факты и действительные противоречия, являющиеся скрытой подоплекой этих догм, только в этом случае политическую экономию можно превратить в положительную науку» [75].Читать дальше...Свернуть )
3 комментария or Оставить комментарий
6. Политэкономия Маркса



6.1. Начала политэкономии Маркса



Эта глава – самая большая и сложная. И даже тяжелая. Причин этого в том, что с середины ХIХ века русские (шире – российские) интеллигенты, участники в политической борьбе, мыслители и экономисты, стали внимательно за трудами и деятельностью Маркса и его соратников. Многие деятели оппозиции России в эмиграции познакомились с Марксом и Энгельсом, другие вели переписку с ними, некоторые стали друзьями и помощниками, переводили на русский язык важнейших их трудов. В России «Капитал» Маркса появился в 1867 г., в 1872 г. был перевод. Маркс писал: «Прекрасный русский перевод “Капитала” появился весной 1872 г. в Петербурге. Издание в 3000 экземпляров в настоящее время уже почти разошлось».Читать дальше...Свернуть )
7 комментариев or Оставить комментарий
Нельзя забывать, что кроме «пpямого или косвенного pазpушения» хозяйства Третьего Мира из-за изъятия природных ресурсов и рабочей силы для Запада еще более важным приобретением была территория. Самиp Амин пишет: «Евpоцентpизм пpосто забыл, что демогpафический взpыв в Евpопе, вызванный, как и в нынешнем Тpетьем Миpе, возникновением капитализма, был компенсиpован эмигpацией, котоpая населила обе Амеpики и дpугие части миpа. Без этой массовой завоевательной эмигpации (население потомков евpопейцев вдвое пpевышает сегодня население pегионов, откуда пpоисходила мигpация) [выделение наше] Евpопа была бы вынуждена осуществлять свою агpаpную и пpомышленную pеволюцию в условиях такого же демогpафического давления, котоpое испытывает сегодня Тpетий Миp. И заводимый на каждом шагу гимн спасительному действию pынка обpывается на этой ноте: пpинять, что вследствие интегpации миpа человеческие существа – так же, как товаpы и капиталы – всюду чувствовали бы себя как дома, пpосто невозможно. Самые фанатичные стоpонники pынка находят в этом пункте аpгументы в пользу пpотекционизма, котоpый в остальном отвеpгают в пpинципе» [9, с. 108].Читать дальше...Свернуть )
53 комментария or Оставить комментарий
5. Политэкономия и империализм



Экспансия европейского капитализма сразу приобрела характер империализма. Маркс писал: «Открытие золотых и серебряных приисков в Америке, искоренение, порабощение и погребение заживо туземного населения в рудниках, первые шаги по завоеванию и разграблению Ост-Индии, превращение Африки в заповедное поле охоты на чернокожих — такова была утренняя заря капиталистической эры производства. Эти идиллические процессы суть главные моменты первоначального накопления» [23, с. 760].

Сгон крестьян с общинных земель требовал времени, и свободной рабочей силы пролетариев было недостаточно. Корабли Голландии, Британии и Португалии стали нападать на побережья южных морей, захватывать земли и пригодных для работ людей в рабство. Это быстро стало огромным экономическим промыслом. Локк разработал презумпцию естественного права цивилизованного государства («гражданского общества») вести войну с варварской страной (против тех, кто «не обладает разумом»), захватывать ее территорию, экспроприировать достояние (в уплату за военные расходы) и обращать в рабство ее жителей. Так были легитимированы рабовладение и работорговля в ХVI-ХIХ веках. За XVIII век, за 1701—1810 гг., в Америку было продано 6,2 млн. африканцев (в трюмах, как считают, погибли в десять раз больше). И за 1811—1870 гг. европейцы завезли в Америку и продали еще 1,9 млн. негров.Читать дальше...Свернуть )
6 комментариев or Оставить комментарий
4.8. Капитализм и личные духовные ценности

Читая Вебера, можно представить себе, какого масштаба духовную катастрофу произвело установление обязанность добывать наживу как долг перед Богом. Он приводит высказывание известного протестантского проповедника: «Повсюду, где утверждалось пуританское мироощущение, оно при всех обстоятельствах способствовало установлению буржуазного рационального с экономической точки зрения образа жизни… Пуританизм стоял у колыбели современного “экономического человека”… Здесь уместно привести отрывок из Джона Уэсли, который вполне мог бы служить эпиграфом ко всему вышесказанному…: “Мы обязаны призывать всех христиан к тому, чтобы они наживали столько, сколько можно, и сберегали все, что можно, то есть стремились к богатству”» [8, с. 200-201]. Читать дальше...Свернуть )
8 комментариев or Оставить комментарий
4.6. Природа и политэкономия

Отношение человек—природа было подробно представлено политэкономией. Новое отношение к природе явилось как огромная культурная мутация, которая произошла в Западной Европе вследствие совмещения религиозной, научной и буржуазной революций. Их совместное действие и предопределило центральные догмы «научной» экономической теории – недаром Маркс назвал Адама Смита «Лютером политической экономии». В политэкономии представление о бесконечности мира преломилось в постулат о неисчерпаемости природных ресурсов. Уже поэтому природные ресурсы были исключены из рассмотрения классической политэкономией как некая «бесплатная» мировая константа, экономически нейтральный фон хозяйственной деятельности.
Читать дальше...Свернуть )
6 комментариев or Оставить комментарий
4.5. Политэкономия Адама Смита и бедность

Для жизнеустройства и народного хозяйства важным качеством является тип бедности. Конкретная политэкономия, которая задает обществу нормы и этику, а значит и доминирующие институты и социальную систему.

Отношение к бедности определяется прежде всего по состоянию части общества которая имеет относительно низкий доступ к основным благам, по меркам этого общества. Имеется в виду тот порог в уровне доступа к благам, ниже которого бедные и зажиточная части образуют по потреблению благ и типу жизни два разных мира (в Англии периода раннего капитализма говорили о двух разных расах – «расе бедных» и «расе богатых»).

В политику понятие бедности вошло в развитой форме в Древнем Риме. Контроль над массой городской бедноты («пауперов») был одной из важных задач власти. Возникновение этой социальной группы происходило в процессе разрушения общины. Это было кардинальное изменение – смена экономической формации.
Читать дальше...Свернуть )
31 комментарий or Оставить комментарий
4.4. Основа политэкономии: свободный рабочий и его частная собственность

Во Франции впервые появилось слово идеология и была создана влиятельная организация — Институт, в котором заправляли идеологи (основоположником этого движения был Детют де Траси).

На Западе понятие человека-атома дало и новое представление о частной собственности как естественном праве. Основатель «идеологии» Дестют Де Траси писал: «Природа наделила человека неизбежной и неотчуждаемой собственностью, собственностью на свою индивидуальность… “Я” – исключительный собственник тела, им одушевляемого, органов, приводимых им в движение, всех их способностей, всех сил и действий, производимых ими..; и никакое другое лицо не может пользоваться этими же самыми орудиями» (цит. в [26, с. 216]).

Именно исходное ощущение неделимости индивида, его пpевpащение в особый, автономный миp поpодило глубинное чувство собственности, пpиложенное – сначала к собственному телу. Пpоизошло отчуждение тела от личности и его превpащение в собственность. До этого понятие «Я» включало в себя и дух, и тело как неразрывное целое. Теперь стали говорить «мое тело» – это словосочетание появилось в языке недавно, лишь с возникновением рыночной экономики.

В хозяйстве превращение тела в собственность дало возможность свобод­ного контракта на рынке труда (превращения рабочей силы в товар). Поскольку индивид – собственник своего тела (а раньше его тело принадлежало частично семье, общине, народу), постольку теперь он может уступать его по контракту другому как рабочую силу. Так возник человек экономический, homo economicus, котоpый создал pыночную экономику.Читать дальше...Свернуть )
26 комментариев or Оставить комментарий
4. Становление политэкономии Адама Смита

Политэкономия как теоретическая основа экономических наук с самого начала заявила о себе как о части естественной науки, как о сфере познания, полностью свободной от моральных ограничений, от моральных ценностей. Начиная с Адама Смита, она начала изучать экономические явления вне морального контекста. То есть политэкономия якобы изучала то, что есть, подходила к объекту независимо от понятий добра и зла. Она не претендовала на то, чтобы говорить, что есть добро, что есть зло в экономике, она только непредвзято изучала происходящие процессы и старалась выявить объективные законы, подобные законам естественных наук. Отрицалась даже принадлежность политэкономии к «социальным наукам».

Очевидно, однако, что эта область знания, претендовавшая быть естественной наукой, на самом деле была тесно связана с идеологией. В книге «Археология знания» М. Фуко представляет политэкономию как самый яркий пример знания, в которое идеология вплетена неразрывно. [Заметим, что это внутреннее противоречие западной политэкономии (одно из выражений всего мироощущения Запада) в принципе отрицалось русскими социальными философами и экономистами до революции. В попытке разделить этику и знание в экономике Вл. Соловьев видел даже трагедию политэкономии. По сути, русские философы отрицали статус политэкономии как науки.]

В то же время это наука не экспериментальная, она основывается на постулатах и моделях. Поскольку политэкономия связана с идеологией, неизбежно сокрытие части исходных постулатов и моделей. Действительно, «забвение» тех изначальных постулатов, на которых базируются основные экономические модели, пришло очень быстро.

Сегодня для мыслящего человека необходима демистификация моделей и анализ их истоков. Мы должны пройти к самым основаниям тех утверждений, на которых они базируются, и к которым мы привыкаем из-за идеологической обработки в школе и в средствах массовой информации. И окажется, что мно­гие вещи, которые мы воспринимаем как естественные, основы­вают­ся на наборах аксиом, вовсе не являющихся ни эмпирическими фактами, ни данным свыше откровением. Здесь большое поле для образования.Читать дальше...Свернуть )
10 комментариев or Оставить комментарий
3. Ограничение темы: «исправление имён»

«Мы — рабы слов»,— сказал Маркс, а потом это буквально повторил Ницше. Этот вывод доказан множеством исследований, как теорема. Культурный багаж современного человека начинается с познания понятий, которые служат основой убеждения.
Люди осваивают «картины мира», оперируя понятиями: «Человек воспринимает мир не как хаотический поток образов, символов и понятий. Вся информация из внешнего мира проходит через картину мира, представляющую собой систему понятий и символов, достаточно жестко зафиксированную в нашем сознании. Эта схема-картина пропускает только ту информацию, которая предусмотрена ею. Ту информацию, о которой у нас нет представления, для которой нет соответствующего термина (названия), мы просто не замечаем. Весь остальной поток информации структурируется картиной мира: отбрасывается незначительное с ее точки зрения, фиксируется внимание на важном. Основу картины мира составляют этнические ценности, поэтому важность информации оценивается с этнических позиций. Таким образом, этничность выступает в роли информационного фильтра, сужая спектр допустимых и желаемых реакций человека на ту или иную жизненную ситуацию» (см. [61, с. 60]).
Конкретный предмет наших рассуждений – понятие политическая экономия (политэкономия). Это одно из ключевых понятий той картины мира, которая выстраивалась в Западной Европе в ходе становления капитализма и науки. Слово политэкономия соединила две новых сущности и две общественные сферы: система народного хозяйства и система познания (на основе научном методе) хозяйства в контексте общества, страны и государства. Читать дальше...Свернуть )
9 комментариев or Оставить комментарий
Маркс проделал огромную работу, исследуя предыдущие парадигмы политэкономии экономики Запада. Он добавил к классической политэкономии ряд ценных инноваций и методов, и кроме того, он высказал много критических суждений в адрес систем экономики незападных стран. Эти его суждения, даже ошибочные, помогли ученым и политикам других стран лучше понять их национальные и этнические хозяйства. К несчастью, были ученые и политики, которые надеялись на прививки чужой политэкономии на ствол национального хозяйства. Эпигоны и Карла Маркса, и Фридриха фон Хайека, видимо, плохо их читали.

Мы тоже были очень самонадеянны. В советское время после войны была попытка внедрить знания об экономике в культурный багаж интеллигенции через обязательные курсы вузов, а в часть рабочих – через народные университеты и партийные школы. В 1947 г. в СССР действовало 60 тыс. политшкол, где обучалось 800 тыс. человек, в 1948 г. уже 122 тыс. политшкол с 1,5 млн слушателей.

Надо честно признать, что эта попытка была безуспешной. Ю.В. Андропов в 1983 г. признал, что «мы не знаем общество, в котором живем». Но это значит, что мы не знали и свою экономику нашего общества. Более того, когда в 1980-х годов наши экономисты закончили труд по созданию доктрины реформирования народного хозяйства СССР и начали внедрять в практику свои идеи, советская экономика рухнула. Почти все они даже не поняли, что они устроили (хотя, конечно, не все).

Идея трансформации советской экономики и перехода к частному предпринимательству была реализована быстро и вопреки установкам основной массы населения. Это было всем видно и отражено в большом докладе ВЦИОМ под ред. Ю. Левады «Есть мнение» (1990 г.). Вывод социологов таков: «Носителями радикально-перестроечных идей, ведущих к установлению рыночных отношений, яв­ля­ю­тся по преимуществу представители молодой технической и инженерно-экономи­ческой интеллигенции, студенчество, молодые работники аппара­та и работники науки и культуры» [1].
Читать дальше...Свернуть )
20 комментариев or Оставить комментарий
Cпецифика того капитализма, который сложился в англо-саксонской культуре, признается и сегодня. Английский историк и социолог З. Бауман пишет: «Новый индустриальный порядок, так же как и концептуальные построения, предполагавшие возможность возникновения в будущем индустриального общества, были рождены в Англии; именно Англия, в отличие от своих европейских соседей, разоряла свое крестьянство, а вместе с ним разрушала и “естественную” связь между землей, человеческими усилиями и богатством. Людей, обрабатывающих землю, сначала необходимо упразднить, чтобы затем их можно было рассматривать как носителей готовой к использованию “рабочей силы”, а саму эту силу – по праву считать потенциальным источником богатства» [15].

Когда эти культурные предпосылки соединились с новой центральной мировоззренческой матрицей, заданной протестантской Реформацией, капитализм стал мощным фактором этногенеза, быстро сплачивающим «буржуазные нации» Запада. Внешне чисто экономическая мотивация (страсть к наживе) превратилась в обязательную приоритетную ценность. Очевидно, что эта ценность обладает национальной спецификой, она присуща далеко не всем народам. Даже Маркс признает, что прежде страсть к наживе была частью очень специфических культур: «Богатство выступает как самоцель лишь у немногих торговых народов – монополистов посреднической торговли, живших в порах древнего мира, как евреи в средневековом обществе» [16, с. 475].

При этом страсть к наживе вовсе не является необходимым условием эффективного хозяйства – общества, где хозяйственные ресурсы соединяются не только через куплю-продажу, могут быть экономически вполне эффективными. Более того, порой их хозяйство рушится именно вследствие внедрения «духа наживы».

[В 60-е годы описан такой случай: была в Южной Америке процветающая индейская община. Люди охотно и весело сообща работали, строили дороги, школу, жилища членам общины. К ним приехали протестантские миссионеры и восхитились тем, что увидели. Только, говорят, одно у вас неправильно: нельзя работать бесплатно, каждый труд должен быть оплачен. И убедили! Теперь касик (староста) получил от общины «бюджет» и, созывая людей на общие работы, стал платить им деньгами. И люди перестали участвовать в таких работах! Почему же? Всем казалось, что касик им недоплачивает. Социологи, наблюдавшие за этим случаем, были поражены тем, как быстро все пришло в запустение и как быстро спились жители этих деревенек].

Мотив наживы, присущий капиталистическому рынку, отсутствует при иных типах распределения материальных ценностей – прямом обмене ради поддержания социальных связей по принципу взаимности, уравнительном перераспределении, дарении и др.

Антрополог Б. Малиновский писал в 20-е годы, что абсурдно полагать, будто в хозяйстве примитивного племени человек побуждается к труду чисто экономическими мотивами и осознаваемой личной выгодой. Главное для него – выполнение социальных обязательств по отношению к родственникам и общине, стремление к престижу (см. [17]). Читать дальше...Свернуть )
25 комментариев or Оставить комментарий
Тот, кто хочет немного отвлечься от темы политэкономий, может обсуждать тему "Выборы в России" в этом разделе. Начать можно с сообщения, которое прислал участник обсуждений в ЖЖ ti01

Ответы Ю.Ю.Болдырева участникам клуба С.Г.Кара-Мурзы

Встреча Ю.Болдырева с Экономическим клубом С.Г.Кара-Мурзы (видео)
https://www.youtube.com/watch?v=RmaSPtJ_iO4
Вел встречу Денис Денисов. Я не мог участвовать в той встрече.
Эту тему также можно обсуждать там, где она выложена в youtube или на Форуме "Манипуляция сознанием": http://sgkm.forumy2x2.com/t78-topic
13 комментариев or Оставить комментарий
2. Хозяйство и этнос

Хозяйство (экономика) – один из важнейших «срезов» жизнеустройства народа. В нем сочетаются все элементы культуры – представления о природе и человеке в ней, о собственности и богатстве, о справедливости распределения благ, об организации совместной деятельности, технологические знания и умения. Вариантов комбинации всех этих элементов большое множество, поэтому хозяйство каждой этнической общности обладает неповторимым своеобразием. Этнос – творец своей самобытной системы хозяйства. Но хозяйство, воплощая в себе все стороны культуры, становится важной частью той матрицы, на которой этнос собирается и воспроизводится. То есть, в свою очередь, хозяйство – творец своего этноса.
Поскольку между этносами идет непрерывный взаимный обмен элементами культуры, то наиболее острые различия сглаживаются. В результате исторически складываются разные типы хозяйства. Их изучением занимаются экономисты, а сохраняющиеся особенности и различия – предмет этнографов. Сложилась и особая научная область – этноэкономика.
Формационный подход, положенный в основу исторического материализма, исключал из рассмотрения этническую специфику хозяйственных укладов, он оперировал с небольшим числом «чистых» моделей. Что касается незападных стран, то эти модели Запада были настолько далеки от реальности, что Маркс даже сделал попытку выделить особую, туманно определенную формацию, которую назвал «азиатским способом производства». Эта попытка оказалась малопродуктивной и, по сути, была предана забвению. Здесь же нас интересуют не абстрактные «общечеловеческие» экономические формации, а именно специфическое для нашего народа взаимодействие хозяйства с культурой.
Когда человек ведет хозяйственную деятельность, на него воздействуют практически все силы созидания народа – от языка и религии до системы мер и весов. О. Шпенглер утверждал даже: «Всякая экономическая жизнь есть выражение душевной жизни». Но в душевной жизни и коренятся особенности разных народов, а материальный мир («вещи») есть лишь воплощение этих культурных особенностей.
Поэтому хозяйство, в котором преломляются эти силы, само является мощным механизмом выработки национального самосознания и скрепления людей этими связями. Даже волны экономической глобализации – и колониальной экспансии Запада, и стандартизирующего наступления капиталистического производства и рынка, и нынешних информационных технологий – не могут преодолеть взаимовлияния хозяйства и национальной культуры.Читать дальше...Свернуть )
18 комментариев or Оставить комментарий
В 1615 г. был опубликован «Трактат политической экономии». [Автором был драматург и знаток античных языков и литературы, Антуан де Монкретьен. Будучи в Англии он, католик, пришел к идеям кальвинизма. Он и предложил термин политическая экономия.] Так экономическая наука стала называться политической экономией.
Здесь стоит сказать, что название политэкономии экономическая наука – условный ярлык. В XVII веке наукой стали называть способ беспристрастного, объективного познания. Политическая основа той картины, которую рисует политэкономия, нагружена идеологией и ценностями господствующих общностей. Именно они определяют, какие трактаты, рассуждения и законы соединяются в систему, которая считается правильной политэкономией. Еретики, недовольные, бедные – вырабатывают свои «катакомбные» политэкономии. Когда они набирают силу, начинается борьба разных систем – иногда посредством гражданской войны, чаще элита идет на небольшие уступки, политэкономия немного подправляется. Эту сторону нашей темы надо учитывать.
Читать дальше...Свернуть )
2 комментария or Оставить комментарий
Осторожно – политэкономия!


1. Введение

Все мы, с детского возраста, участвуем в хозяйственной деятельности и постоянно думаем о ней – и непроизвольно, и обдумывая какую-то житейскую проблему или принимая решение. Хозяйство (экономика) – один из важнейших «срезов» нашей жизни и жизнеустройства всего народа. Нетрудно представить, что хозяйство «пропитывает» все наши формы деятельности и почти все человеческие отношения. Даже новорожденный младенец кричит матери, чтобы она дала ему пищу. У него еще работают инстинкты, но уже через полгода подключается культура, быстро расширяется его система потребностей, и он подает знаки близким людям.
Первые люди с зачатками языка и разума развивались очень быстро, и инстинкты влияли на социальную при­роду и общественный порядок человека. Так возникли первые институты (точнее, протоинституты) – нормы и запреты. Почти все они были связаны с хозяйственной деятельностью, отношениями и поведением людей в этой сфере. Позже разум и культура отослали инстинкты на дно сознания, хотя многие ученые считают, что из глубины инстинкты подают свой голос. [Т. Веблен считал, что поведение хозяйствующего субъекта определяется не расчетами, а инстинктами и институтами, определяющими средства достижения целей. Так, у Веблена привычки являются одним из институтов.] Читать дальше...Свернуть )

 
34 комментария or Оставить комментарий
Вот содержание. Главный смысл: политэкономия - не экономическая наука, а часть суперсистемы: культуры, политики и войны. В СССР (после Ленина и Сталина) не поняли, как она формирует сознание и политику, и взяли
политэкономию Маркса (капитализма с пролетарской революции как Судный день). Постепенно она к нему нас привела. Но и Западу досталось от неоконов..

Содержание

1. Введение

2. Хозяйство и этнос

3. Ограничение темы: «исправление имён»

4. Становление политэкономии Адама Смита
    4.1. Модель экономики у Адама Смита
    4.2. Политэкономия и хрематистика
    4.3. Антропологическая модель буржуазной политэкономии
    4.4. Основа политэкономии: свободный рабочий и его част­ная собственность
    4.5. Политэкономия Адама Смита и бедность
    4.6. Природа и политэкономия
    4.7. Отношения к человеку
    4.8. Капитализм и личные духовные ценности
    4.9. Образ предпринимателя у авторов политэкономии

5. Политэкономия и империализм

6. Политэкономия Маркса
    6.1. Начала политэкономии Маркса
    6.2. Рабский труд и природные агенты
    6.3. Товарный мир, товарный фетишизм и положение рабочих
    6.4. Приложение к политэкономии описание форм докапиталистического хозяйства
    6.5. Диалектика отношения к капитализму в политэкономии Маркса

7. Представление народного хозяйства Российской империи
    7.1. Промышленность
    7.2. Сельское хозяйство
    7.3. Состояние российской экономической науки перед 1917 г.

8. Столкновение двух политэкономий между двух революций Февральской и Октябрьской
1 комментарий or Оставить комментарий