sg_karamurza (sg_karamurza) wrote,
sg_karamurza
sg_karamurza

Любителям рыбы и прочего

В рубрике «Белая книга» на нашем сайте выложены данные о динамике производства рыболовной отрасли (улове рыбы) в Российской Федерации и о потреблении рыбы и рыбопродуктах населением РФ (http://problemanalysis.ru/white-book/wbook_10.html).

На мой взгляд, эта небольшая тема служит хорошим поводом, чтобы обратить внимание на один из важных стереотипов нашего массового сознания – оценивать реальность по «потоку», почти не обращая внимания на «базу». По-моему, это очень серьезная и почти всеобщая деформация нашего мыслительного аппарата, которая еще во время перестройки оторвала нас от здравого смысла.

Речь идет вот о чем. В экономической науке уже с середины XIX века четко различались понятия «потока» ресурсов (flux) и «фонда» или «запаса» ресурсов (stock). Годовое производство стали - это прирост запаса, «поток» данного года, а «потребляем» мы весь действующий в хозяйстве металл. Точно так же, как живем мы в домах, построенных за многие десятилетия, а не только за последний год. Можно ли не различать две категории – жилищный фонд в 1990 г. и ввод в действие жилья в 1990 г.?

Для оценки реальности надо обязательно держать в уме обе эти категории – ведь, например, жилищный фонд в целом может ветшать и даже разрушаться, в то время как ввод в действие жилья возрастает. Ведь в России «поток» (годовой ввод в действие жилых домов) составляет около 1,5% от жилищного фонда.


В 2010 г. в отчете Правительства в Госдуме было сказано, что «мы встретили кризис, имея за плечами почти 10 лет экономического роста». Здесь смешиваются понятия. 10 лет происходило оживление омертвленных в 90-е годы производственных мощностей. Средства для этого были получены благодаря не «росту», а конъюнктуре мирового рынка нефти.

Точно так же, в «Стратегии 2020» говорится: «В 2000-е годы российская экономика демонстрировала впечатляющие успехи. Динамичный экономический рост 2000-х годов …». Это ошибка. Авторы доклада путают понятие «поток» (например, годовой ВВП) с понятием «основные фонды» (база экономики, производственные мощности, кадровый потенциал).
Эта ошибка с конца 80-х годов стала столь общей, что ряд западных экономистов, а в России академик Ю.В. Яременко, пытались объяснить, что экономический рост – это рост национального богатства (а не только объем производства продукта). А значит, измерять надо не только потоки, но и динамику запасов, фондов.
Даже экономисты оппозиции приняли этот язык, игнорирующий разницу категорий, и говорили, что надо изъять у олигархов в пользу государства «природную ренту». Но прибыль от месторождений нефти нельзя считать рентой, ибо рента – это регулярный доход от возобновляемого источника. Земельная рента создается трудом земледельца, который своими усилиями соединяет плодородие земли с солнечной энергией. По человеческим меркам это источник неисчерпаемый. С натяжкой, природной рентой можно считать доход от рыболовства – если от жадности не подрывать воспроизводство популяции рыбы. Но доход от добычи нефти – не рента, ибо эта добыча есть изъятие из невозобновляемого запаса.
Английский экономист А. Маршалл в начале ХХ в. писал, что рента – доход от потока, который истекает из неисчерпаемого источника. А шахта или нефтяная скважина – вход в склад (stock) Природы. Доход от них подобен плате, которую берет страж сокровищницы за то, что впускает туда для изъятия накопленных Природой ценностей. В 90-е годы этот страж впустил в сокровищницу России олигархов. И проблема не в том, как разделить доход. Нефть для народного хозяйства – это жизнь для народа России, ибо при замене лошади трактором нефть многократно окупается фиксацией энергии Солнца культурными растениями. Изъятие нефти для мирового рынка – это, после некоторого предела, угасание России.
Мы еще вернемся в проблеме этих категорий. А пока – о рыбе. Мы понимаем и смотрим на два показателя – величина улова и годовое потребление рыбы. Но ведь это – показатели потока, важные и актуальные, но ничего не говорящие о состоянии базы. Ведь ее состоянием будет определяться поток через весьма короткий срок.
Вспомним. Рыболовство было одной из наиболее динамично развивающихся отраслей народного хозяйства СССР. Мы далеко не использовали возможность получать ренту от возобновляемых запасов рыбы. По объему добычи рыбы СССР стал одним из основных лидеров мирового рыболовства, деля первое-второе места с Японией и Перу. На долю Советского Союза приходилось 10% общемирового вылова водных биологических ресурсов. Благодаря этому, а также политике низких розничных цен на массовые сорта рыбы, ежегодное потребление рыбы и рыбопродуктов составляло в РСФСР в 80-е годы 22 кг на душу (уровень, рекомендованный медицинской наукой).
Базой для этого было быстрое развитие морского экспедиционного промысла, высокие темпы строительства рыболовного флота, кораблей-рефрижераторов и плавучих перерабатывающих фабрик, специализированных портов для этого флота, сети специализированных научно-исследовательских институтов и образовательных учреждений для подготовки кадров.
Возьмем некоторые данные из статистики и из книги ученых и администраторов – А.Н. Макоедова (в прошлом зам. председателя Госкомитета РФ по рыболовству) и О.Н. Кожемяко (губернатора Корякского автономного округа, члена Совета Федерации, который курировал вопросы рыбохозяйственного комплекса РФ, руководителя крупной базы тралового флота в Приморье) [Макоедов А.Н., Кожемяко О.Н. Основы рыбохозяйственной политики России. М.: Национальные рыбные ресурсы, 2007 // http://www.npacific.ru/np/library/publikacii/makoedov/01_2.htm.].
В результате реформы с начала 90-х годов произошла поразительно быстрая дезинтеграция рыбохозяйственного комплекса. Флот был приватизирован, крупные объединения рыбопромышленных предприятий (около 180 в 1990 г.) к 1995 г. распались на 1200, а сейчас их около 9 тыс. Одновременно был разрушен так называемый бассейновый принцип в организации отраслевого управления. После 1992 г. быстро снижалась численность работающих, а также объемы вылова и производства продукции.
Резко сократились не только объемы производства продукции, но и производительность труда. В 1990 г. выработка продукции на одного работника отрасли составляла около 500 тыс. руб., а в 2003 г. в сопоставимых ценах – 230 тыс. руб. Улов на одного занятого в отрасли сократился с 17 до 11 тонн.
Отрасль стала нерентабельной. Согласно литературным данным, общая стоимость продукции, произведенной рыбопромышленным комплексом страны в 2005 г., составила по разным оценкам от 75 до 90 млрд. рублей. При этом издержки на добычу оказались почти в 2,5-3 раза выше - около 214 млрд. рублей. При такой внешней убыточности предприятия могут выжить только за счет теневой экономики, нередко опасной.
Значительная часть улова рыбы, квота которого представляет собой национальное достояние, остается за границей. При этом наши предприниматели «обрушили цены на свою продукцию». В цитированной книге сказано: «Согласно одним статистическим данным, в последнее время на внутреннем потребительском рынке ежегодно реализуют 1,1-1,3 млн. тонн рыбопродукции, из которой примерно половина представлена отечественными производителями и половина импортирована. Иными словами на российский рынок поступает в пересчете на объемы вылова лишь около 700 тыс. тонн или чуть более 20% от общей добычи наших рыбаков».
Быстро сокращается материально-техническая база отрасли. К 2007 году у 70% судов рыбопромышленного флота России истекли нормативные сроки эксплуатации, они физически и морально изношены. По расчетам экспертов, к 2010 г. возраст всего отечественного промыслового флота превысит 15 лет, а почти все суда среднего класса достигнут предельных нормативных сроков эксплуатации (18 лет). Уже в 2007 г. 20% судов были полностью амортизированы и подлежали списанию.
Почти во всех морских рыбных портах производственные фонды сильно физически изношены и морально устарели. Большая часть погрузочной техники и особенно портальные краны подлежат списанию. Сверх нормативного срока службы работают около 45% судов портового флота. Все судоремонтные предприятия рыбохозяйственного комплекса нерентабельны. Около 80% их основных фондов физически и морально устарело. В целом данные предприятия в состоянии обеспечить не более 15% потребностей в судоремонте.
Вывод: радуясь некоторому приросту улова и потребления рыбы в России (приросту потока), мы как граждане должны вникнуть в то, что происходит с базой (фондом) этой жизненно важной для России отрасли. И не забывать об этой стороне дела, когда разговор заходит о любой отрасли или сфере российского хозяйства.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 41 comments