May 22nd, 2009

инвест

Из новой работы: раздел о региональном сепаратизме - 2 часть

В 2004 г. был представлен доклад ЦСИ ПФС «Россия: принципы пространственного развития» (ред. В. Глазычев и П. Щедровицкий). В нем изложена стратегическая доктрина кардинального изменения всей системы расселения людей и размещения «производительных сил» на территории России. Здесь мы коснемся только предложений, непосредственно касающихся темы этой главы.
Collapse )
инвест

Простите за отсутствие - работа задушила. Из новой работы: раздел о региональном сепаратизме (одном

Еще один механизм демонтажа народов (в том числе русского) – конструирование региональной этничности. Выше уже говорилось об этническом разделении «горных» и «луговых» марийцев, о попытках выделить из народа коми население одного района (коми-ижемцев). Усилия в этом направлении не прекращаются. Так, в октябре 2006 г. в Ростове-на-Дону, в Ростовском государственном (!) университете прошла международная конференция, посвященная проблеме «формирования южнороссийской идентичности». Она была организована Американским советом научных сообществ и Международной гуманитарной школой. Спонсорами выступали организации США. Докладчики с Украины и из Польши обсуждали способы расколоть единое русское сознание [24].
Collapse )
инвест

В "Русский журнал". Опыт поражения как национальное достояние

По какой-то причине «Русский журнал» гальванизировал, казалось бы, исчерпанный вопрос – «кто победил и кто потерпел поражение в холодной войне?» Трудно понять, что собирается редакция получить на выходе.
Collapse )
инвест

Про свиной грипп. (Выкладываю побольше - не буду 3 недели)

Люди на крючке

Сильные мира сего жалеют людей, как пастух жалеет своих молчаливых ягнят. Поэтому за последние лет двести наблюдается прогресс в средствах господства. Раньше людей гнали палкой, а теперь все больше внушением. Так, чтобы ты сам делал то, что нужно господам – как будто только об этом и мечтал. Как говорят, «тиран повелевает, а манипулятор соблазняет».
Collapse )
инвест

Почему-то пошла буза с постмодернизмом. Кусочек из дебатов на круглом столе в РАН

Кокошин: Спасибо, Давид Израилевич, очень интересно, очень важно, особенно потому что Вы занимаетесь проблемами искусственного интеллекта. Мне тоже в свое время этим довелось, с другого, правда, конца заниматься, применительно к вполне конкретным инженерно-военным задачам.

Так, Сергей Георгиевич Кара-Мурза, пожалуйста, доктор химических наук, политолог, главный научный сотрудник ИСПИ РАН.

Кара-Мурза Сергей Георгиевич: В докладе Сергея Ервандовича постмодернизм представлен как враг прогрессивного человечества. Я прошу прощения у этого человечества, но скажу о практической пользе познавательных средств постмодернизма. Рациональность просвещения – это один из главных продуктов модерна, который все мы осваивали по мере сил. Модерн задал определенные нормы мышления и дал инструменты рациональности. Постмодернизм существенно изменил ряд норм и инструментов рациональности модерна. И перед нами вопрос: обладают ли они комплементарностью, можем ли мы использовать - или совмещать две системы познавательных средств, которыми мы сейчас располагаем, нельзя? Как нам быть? Я вижу дело так.

Первое. Надо отличать постмодернизм от антимодерна. Факт, что мы, как тут выразились, «живем сейчас на помойке», вызван не тем, что применили средства рациональности постмодернизма, а тем, что мы претерпели глубокую деградацию всякого рационального сознания. Эта деградация вовсе не означает, что мы автоматически перешли в пространство рациональности постмодерна. Этот переход довольно сложен, потому что постмодернизм легко допускает альянсы своих когнитивных структур с традиционной рациональностью и даже с архаикой. Таким примером служит современный терроризм.

Второе. Нам было бы очень полезно провести мониторинг тех явлений, для познания которых рациональность модерна, как оказалось, не годится или очень слаба. Например, я считаю, что ту катастрофу, которую пережило наше общество, было бы невозможно адекватно описать и продвинуться в ее понимании без текстов постмодернистов, без их понятийного аппарата. А таких явлений довольно много, помимо нашей катастрофы. Это острые кризисы разных классов, социальные срывы, «бунтующая» этничность. Для всех этих классов явлений те познавательные средства, которые предлагает постмодернизм, очень и очень полезны.

Третье. Мне кажется, следовало бы выявить зоны модернистского фундаментализма, которые просто омертвляют всякое познание внутри и вокруг себя. Это касается и истматовского фундаментализма, и либерального. Если практически подходить к делу, то для познания и описания тех необычных явлений, кризисов и катастроф, которые мы все чаще и чаще наблюдаем в социальной сфере, полезно было бы разделять познавательные средства рациональности модерна и постмодернизма. На мой взгляд, удобнее, эффективнее и экономнее сначала прорабатывать эти явления в уме, анализировать с помощью средств постмодернизма, а потом обрабатывать полученный результат или даже переписывать его в терминах рациональности модерна. Тогда это будет легче восприниматься публикой и в то же время сохранит ценную информацию.

Что же касается России первой половины XX века, то нам для ее понимания без постмодернизма никак не обойтись, поэтому он для нас сейчас просто необходим. Вот, Вебер сказал, что Россия вынуждена одновременно догонять капитализм и убегать от него. Это типично постмодернистская ситуация. Догонять – это модерн, а вот одновременно убегать – это уже постмодерн. На деле постмодерн для нас был необходимой защитой от давления рациональности модерна, иначе бы мы из исторической ловушки не выбрались. Наша культура еще находилась в процессе становления, в состоянии быстрой трансформации, и без такой защиты, которая позволяла выдержать давление уже догматического модерна, нам было не обойтись.

Кокошин: Спасибо большое, Сергей Георгиевич! Мы будем завершать, еще Александр Ильич Музыкантский, профессор, зав. кафедрой МГУ им. Ломоносова. Александр Ильич, пожалуйста! Физик, ставший гуманитарием!