?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Мой сайт Previous Previous Next Next
sg_karamurza
sg_karamurza
sg_karamurza
Придется давать вразбивку. Раздел 7. Современный момент
Глава 31. Представления об этничности: инерция ошибочной парадигмы

На завершающем этапе существования СССР советское обществоведение оказалось несостоятельным. В своих рассуждениях, обобщениях и выводах накануне и во время перестройки гуманитарная элита допустила целый ряд фундаментальных ошибок. В результате этих ошибок были приняты неверные практические решения или замаскированы антинародные установки и намерения.

Причиной этих ошибок были чрезвычайно низкий методологический уровень и нарушение важнейших норм рациональности. Однако вместо рефлексии, анализа этих ошибок и «починки» инструментов разумного мышления, произошел срыв и возник порочный круг: эти ошибки побудили к дальнейшему и радикальному отходу от норм рациональности, в результате чего общество погрузилось в тяжелейший кризис (см. [1]). Печально было видеть, что это отступление от рациональности, от норм Просвещения, сопровождалось в среде интеллигенции наступлением поразительного примитивизма в рассуждениях и оценках. Американская журналистка М. Фенелли, которая наблюдала перестройку в СССР, пишет: “Побывавший в этой стране десять лет назад не узнает, в первую очередь, интеллектуалов - то, что казалось духовной глубиной, таящейся под тоталитарным прессом, вышло на поверхность и превратилось в сумму общих мест, позаимствованных, надо полагать, их кумирами из прилежного слушания нашей пропаганды (я и не подозревала, что деятельность мистера Уика во главе ЮСИА была столь эффективна)” [2].

Кризис официального марксизма, который оказался беспомощным как основание советского обществоведения, плавно, без заминки перешел в кризис «либерализма» как основания уже антисоветского обществоведения. В результате и советское, и антисоветское обществоведение, в которое вложили большое количество людских, финансовых и информационных ресурсов, за последние 15 лет не дало почти никакого «продукта», который окупил бы хоть малую часть этих ресурсов, оказав обществу помощь в осмыслении нашего кризиса. Что написали тысячи обществоведов? Что внятного они сказали как профессиональное сообщество, а не как отдельные блестящие личности?

Целая рать экспертов-обществоведов, которая снабжает государственную власть РФ идеологическими метафорами, афоризмами и формулами, не может встроить их в реальный контекст и как будто просто не может додумать их. Вот, некоторое время на всех уровнях власти, вплоть до президента, делалось ставшее почти официальным утверждение, будто «террористы не имеют национальности». Понятно, что оно вызвало замешательство – куда же у них делась национальность? Каким образом они от нее избавились? Это заявление было тем более странным, что вся российская и мировая пресса была полна выражениями типа «палестинские террористы» (баскские, чеченские и пр.). Какой эксперт предложил эту формулу, какие доводы при этом приводились, почему образованные люди на высоких постах ее приняли?

В научной литературе выдвигалось даже такое оригинальное предположение. На одном всемирном конгрессе в сентябре 2003 г. В.В.Путин сообщил, что террор – это «подавление политических противников насильственными средствами» (это он якобы нашел в «отечественных и иностранных словарях»). Это определение терроризма вызвало удивление, ибо оно «позволяет считать террористами Кутузова, Матросова и вообще всех участников обеих Отечественных войн». Так не была ли идея лишить террористов национальности попыткой разрешить это противоречие? [3, с. 43].

Таково положение с интеллектуальным «сопровождением» переживаемой нами социальной катастрофы, но едва ли не хуже дело с осмыслением того, что происходит в сфере этничности. Окуклившаяся в истмате советская этнология «шла своим путем». Она выпала из мирового сообщества, которое в послевоенные период быстро набирало эмпирический материал и наращивало методологическое оснащение. Эта изоляция в малой степени была преодолена и во время перестройки. О.Г. Буховец замечает: «Весьма показательно в этом плане, что в вышедшей уже в разгар перестройки солидной и фундированной монографии «Этнические процессы в современном мире», аккумулировавшей наиболее значимые теоретические и эмпирические достижения советской этнографической школы, не было ни одной ссылки на ведущих западных специалистов по теории и истории наций и национализма» [4].

Переходя на язык науковедения, можно сказать, что когнитивная структура нашего обществоведения (то есть система понятий, фактов, теорий и методов), в приложении к проблемам этничности и национальности, кардинально разошлась с когнитивной структурой мирового сообщества. Российская этнология выпала из науки. Это как если бы наши астрономы сегодня утверждали, что Земля имеет форму чемодана и стоит на трех слонах.

За 90-е годы в РФ возникло небольшое сообщество ученых, которое работает в новой парадигме этнологии, в когнитивной структуре конструктивизма. Независимо от их политических установок, они дают ценные в познавательном смысле объяснения тех процессов, которые идут в нынешней России в сфере этнических отношений. Но это сообщество практически не имеет доступа к тем средствам, которые могли бы оказать заметное влияние на массовое сознание и мышление политиков. Книги серии «Бунтующая этничность», которые готовит Центр цивилизационных и региональных исследований Российской Академии наук, издаются тиражом 250 (!) экземпляров. На телеэкране этих ученых не приходилось видеть ни разу.

И сегодня, через 15 лет после начала реформ и ликвидации СССР, система взглядов на этничность в массе российских обществоведов (а за ними и политиков) поражает своей устойчивостью и инерцией. Почти ничего не изменилось – вопреки всему тому, что происходит за окнами кабинетов и аудиторий. И это – наша национальная беда, она поразила и правых, и левых.

Вот философ-либерал, энтузиаст рыночной реформы, пишет в духе дремучего биологического примордиализма: «Национальность дана человеку от рождения и останется неизменной всю его жизнь. Она так же прочна в нем, как, например, пол» [5].

Вот левый патриот, один из руководителей НПСР А. Уваров беспредельно удревняет русский народ: «Целое тысячелетие после крещения Руси, сожжения волхвов и ведунов скрывали от нашего народа, что Русь была не языческой, а арийской, т.е. ведической. Напомним для тех, кто мало знаком с древней историей и этнографией, что в Х-III тысячелетиях до н.э. многоплеменная Арийская (т.е. Ведическая) империя занимала территорию широкой полосой от Северного Ледовитого океана до Индии и от Оби до Германии... Наши арийские корни легко прослеживаются в словаре, если сравнивать с санскритом (язык йогов - ариев) даже не древний, а современный русский язык» [6].

Вот книга идеолога неоязычества В.А. Истархова «Удар русских богов», четвертое издание в 2005 г. Читать ее в ХХI веке кажется чем-то невероятным – но она пользуется популярностью в кругах математиков и физиков ведущих институтов РАН.

Вот руководитель Международной ассоциации “Русская культура” проф. Дм. Ивашинцов дает образчик радикального примордиализма: «При возникновении нации работают, по крайней мере, два мощных источника. Прежде всего «почва», географический фактор: климат, продолжительность светового дня, флора, фауна, набор микроэлементов данной местности. Они, в свою очередь, формируют состав тканей, костей, особенности биохимического обмена. Так возникает формат подсознания, то сочетание архетипов, которое Леви-Брюль называет первобытным менталитетом. Человек, рожденный в горах, имеет одни социокультурные склонности, рожденный в степях - другие, рожденный в лесах - третьи. Это - природа, и против нее не пойдешь. А уже на этот субстрат наслаивается метафизика: конфуцианство, буддизм, ислам, христианство… Нацию создает резонанс «почвы» и «метафизики». Это процесс стихийный» [7].

Но дело не в приверженности примордиализму, а в том, что это приверженность бессознательная, «стихийная», не позволяющая не то что сделать четкие умозаключения, но и сформулировать саму проблему. В. Малахов пишет об этом свойстве именно в связи с представлениями об этничности: «Бросается в глаза методологическая рыхлость отечественного общество­знания советского времени… [Пример] - использование такого выражения, как «системный подход» (отечественный аналог парсоновской «теории систем»). Достаточно было оговориться, что это наш марксистский историзм или наша марксистская теория систем, чтобы все подозрения в некогерентности были сняты… Эта практика породила на свет привычку ничего не продумывать до конца, специфическую половинчатость мыслительных процедур. И отсюда специфический шок, который мы все пережили в конце 1980-х, когда стало можно сказать все, что ты думаешь. И оказалось, что сказать-то особенно нечего» [8].

Когнитивная структура бытующих в среде нашей гуманитарной интеллигенции представлений об этничности законсервировала догмы примордиализма ХIХ века, подкрепленные истматом с его верой в незыблемые «объективные законы». Это приучило обществоведов сводить любую реальность к простым, но «всемогущим» моделям, что создавало иллюзию простоты и прозрачности происходящих в реальности процессов. Поэтому Малахов и говорит о необходимости «обратиться к методологическим основаниям российского обществознания в целом».

Он видит дело так: «Главнейшим из таких оснований служит позитивизм, а также неотъемлемые от него объективизм, эволюционизм и эклектизм. Другое основание здесь составляет спекулятивный историцизм, причудливым образом соединяющийся с позитивизмом,.. как вера в историческую необходимость, в железные законы истории, в поступь прогресса и т. д. С историцизмом связан телеологизм и то, что Луи Альтюссер удачно назвал «ретроспективной телеологией»: когда нечто произошедшее объясняется задним числом как на самом деле предрешенное, когда люди совершившееся событие — для них самих, кстати, явившееся полнейшим сюрпризом, — объясняют так, как если бы изначально существовали рациональные основания такого поворота дела, некая логика развертывания, которая не могла не привести к данному результату» [8].

Объективизм и эклектизм и приводят к тому, что даже вроде бы признавая этничность продуктом культуры, рассуждения гуманитариев чаще всего незаметно скатываются к признанию наличия в явлениях этничности какой-то объективной сущности, которая и предопределяет ход этнических процессов. Когда речь заходит о том, где же таится эта сущность этничности, то рассуждения становятся очень туманными. Ю.В. Бромлей пишет об этническом характере: «Хотя черты характера не только проявляются через культуру, но и прежде всего ею детерминируются, все же в «интериорном» состоянии они находятся за пределами объективируемой культуры, отличаясь у каждой этнической общности своей спецификой» [9, с. 152]. Слово «интериорный» (внутренний) ничего не объясняет. Вопрос остается: что находится там, «за пределами объективируемой культуры», где скрывается специфика этнического характера? Разве за пределами культуры находится не природа (для человека - биология)? Или речь идет о душе?

Такие представления очень легко переводили рассуждения об этничности в сферу мифотворчества, что во многом и определяло развитие кризиса сознания 90-х годов. В.А. Шнирельман писал об этом периоде: «Опросы общественного мнения, проведенные ВЦИОМом в 1990-х годах, показали, что в этот период коллективные представления о прошлом занимали все более значимое место в идентичности россиян. При этом такой их компонент, как “древность, старина”, имел наибольшее значение, во-первых, для людей моложе 40 лет с высоким уровнем образования, а во-вторых, для тех, кто был ориентирован на демократию и реформы... Это сопровождалось необычайно интенсивным процессом мифотворчества. В 1990-х годах романтизированные представления о предках и далеком прошлом активно создавались как в русских, так и в нерусских регионах» [10].

Легкость соскальзывания к мифотворчеству иллюстрируется тем, что и в среде части этнологов, и в широких кругах интеллигенции широко используется понятие национальный характер, которое не имеет ни эмпирических, ни логических оснований и является метафорой, не обладающей познавательной силой. Малахов так характеризует широко распространенное использование этого понятия: «Операционализация понятий и концептуальных схем, которые именно по причине их неоперационализируемости оставлены международной наукой в прошлом. К таким понятиям принадлежит «национальный характер». Это понятие сначала подвергалось жесткой критике, а потом его просто перестали использовать как социологически бессмысленное» [8].

Но этим «социологически бессмысленным» понятием полны выступления ученых, политиков, публицистов. Действительно, издавна это понятие применялось очень широко – о национальном характере писали Чаадаев, Розанов, С. Булгаков, Франк, Бердяев, Карсавин и др. Были и противники - П.Н. Милюков считал это понятие ненаучным, а Л.Н. Гумилев называл мифом.

Г. Федотов писал: «Нет ничего труднее национальных характеристик. Они легко даются чужому и всегда оказываются вульгарностью для «своего», имеющего хотя бы смутный образ глубины и сложности национальной жизни» [11]. Напротив, Н.А. Бердяев и «своим» легко давал характеристики: «Русский народ можно характеризовать как народ государственно-деспотический и анархически свободолюбивый, как народ, склонный к национализму и к национальному самомнению, и народ универсального духа, более всех способный к всечеловечности» [12, с. 15].

И.Л. Солоневич возмущался расхожими описаниями русского национального характера: «Достоевский рисует людей, каких я лично никогда в своей жизни не видал и не слыхал, чтобы кто-нибудь видал, а Зощенко рисует советский быт, какого в реальности никогда не существовало. В первые годы советско-германской войны немцы старательно переводили и издавали Зощенко: вот вам, посмотрите, какие наследники родились у лишних и босых людей» [13, с. 188]. Но при этом и сам он был не прочь дать свою, «верную» формулу, например: «Настоящая реальность таинственной русской души, ее доминанта заключается в государственном инстинкте русского народа или, что почти одно и то же, в его инстинкте общежития» [13, с. 167].

Ряд советских обществоведов возражали против введения в науку понятия национальный характер. На это Ю.В. Бромлей отвечал, ссылаясь на авторитет Маркса: «Представляется важным сразу же обратить внимание на то, что основоположники марксизма рассматривали национальный (этнический) характер как реальность. Например, Ф. Энгельс... К. Маркс в одном из своих писем (1870 г.) отметил более страстный и более революционный характер ирландцев в сравнении с англичанами. Число подобных примеров можно легко умножить» [9, с. 148] (Примечательно, что Ленин относился к этому понятию скептически и как-то в Коминтерне на заявление товарища «Мы знаем психологию итальянского народа» ответил: «Я лично не решился бы этого утверждать о русском народе»).

Как только пытались определить национальный характер какого-либо народа, напускался туман, шли метафоры и оговорки. Д.С. Лихачев, например, отступал так: «Правильнее говорить не о национальном характере народа, а о сочетании в нем различных характеров, каждый из которых в той или иной мере национален» (см. [9, с. 150]). Тем самым он просто передвинул проблему определения на другой уровень - ведь в каждом из множества характеров народа опять надо установить, что же в нем «в той или иной мере национально» и почему.

Аргументы в пользу существования национального характера как устойчивой сущности внутренне противоречивы. Ю.В. Бромлей пишет: «Отрицание национального характера, общности психического склада у буржуазных наций, обычно сопровождается сетованиями на их неуловимость. Подобные сетования в значительной мере обусловлены трудностями, стоящими на пути выявления такого рода социально-психологических явлений». Но если явление не удается выявить, то это - весомое основание, чтобы не использовать его как научное понятие, а вовсе не довод в пользу его применения.

Пояснения Ю.В. Бромлея, на мой взгляд, лишь ослабляют его позицию. Он пишет: «На тезис о неуловимости этнического характера несомненно наложила свою печать и склонность обыденного сознания к искажению его черт... Но особенно существенна в рассматриваемой связи тенденция обыденного сознания к абсолютизации отдельных черт характера этнических общностей... Дискредитации представления о существовании психического склада у этнических общностей (национального характера) немало способствовала и гиперболизация этих свойств» [9, с. 160-161].

Из всех этих оговорок видно, что эмпирической базы и надежных методов для того, чтобы использовать понятие национальный характер как научный инструмент, не существует. Этот термин годится лишь как художественный образ, обретающий в разных контекстах самые разные смыслы. Тем не менее, Ю.В. Бромлей заключает: «Разумеется, указанные трудности в выявлении отличительных особенностей психического склада отдельных этнических общностей не могут служить основанием для отрицания таких особенностей. Необходимо лишь усовершенствовать методы научного изучения данного компонента психики этнических общностей». Этот вывод мне кажется нелогичным.

Практика показывает, что уверенность в том, что мы обладаем реальным образом национального характера какого-то народа, приводит к ошибкам, когда мы выбираем способ нашего поведения исходя из этого образа. Ошибки эти могут быть вполне поправимыми или даже курьезными (например, когда мы планируем наши действия исходя из «присущего национальному характеру кавказских народов гостеприимства»), но могут иметь фатальное значение, если кладутся в основу государственной политики.

Такой случай описал Солоневич. Прежде чем начать войну с СССР, в Германии большое число ученых скрупулезно изучали русский национальный характер. Они анализировали русскую литературу (особенно напирали на Достоевского и Чехова), суждения русских философов (вроде теории Бердяева о «женской» сущности национального характера русских - мол, Россия невеста, ждет сильного и властного жениха). Ради точного знания о характере русских сталинского периода старательно переводили и издавали Зощенко. По всему выходило, что СССР - колосс на глиняных ногах.

Солоневич, сам хлебнувший русского характера сталинского времени, пишет: «В медовые месяцы моего пребывания в Германии - перед самой войной - и в несколько менее медовые перед самой советско-германской войной мне приходилось вести очень свирепые дискуссии с германскими экспертами по русским делам. Оглядываясь на эти дискуссии теперь, я должен сказать честно: я делал все, что мог. И меня били, как хотели - цитатами, статистикой, литературой и философией. И один из очередных профессоров в конце спора иронически развел руками и сказал:

- Мы, следовательно, стоим перед такой дилеммой: или поверить всей русской литературе - и художественной, и политической, или поверить герру Золоневичу. Позвольте нам все-таки предположить, что вся эта русская литература не наполнена одним только вздором.

Я сказал:

- Ну, что ж - подождем конца войны.

И профессор сказал:

- Конечно, подождем конца войны.

Мы подождали» [13, с. 225].

Мы видим, что и на Западе увлекались мифотворчеством. В 1960 г. библиографический список западных трудов, посвященных проблеме национального характера, насчитывал около тысячи названий. Но потом все эти труды были отодвинуты на обочину как продукт ошибочной парадигмы, а у нас эта парадигма действует до сих пор.

Часть российских этнологов до сих пор трактует это понятие в рамках биологического примордиализма. Так, П.И. Смирнов в книге «Социология личности» (СПб., 2001) пишет, что «основу национального характера составляют психофизиологические особенности нации,.. обусловленные ее генофондом... Национальный характер есть комбинация природного и социального начал». Выражая согласие с этой трактовкой, авторы академического журнала СОЦИС в своих рассуждениях о русском национальном характере опираются на «пеленочную» гипотезу, которую выдвинул английский антрополог Д. Горер, а другие развили и популяризировали.

Российские философы, которые распространяют это «научное» знание, пишут, что русские - сильные и сдержанные потому, что на Руси туго пеленают младенцев, а значит, «русская душа - спеленутая душа». Авторы пишут о русских детях: «На короткое время их освобождают от пеленок, моют и активно с ними играют. Д. Горер связал альтернативу между длительным периодом неподвижности и коротким периодом мускульной активности и интенсивного социального взаимодействия с определенными аспектами русского национального характера и внешней политики России. Многие русские, по его мнению, испытывают сильные душевные порывы и короткие всплески социальной активности в промежутках долгих периодов депрессии». От этого, по мнению современных российских ученых, русские очень любят устраивать «яркие периоды интенсивной революционной деятельности» [18].

Вот с такой научной базой мы и наблюдаем, в состоянии интеллектуального паралича, как владеющие знанием и технологиями люди «разбирают», демонтируют наш народ.
20 комментариев or Оставить комментарий
Comments
macroantropolog From: macroantropolog Date: Март, 3, 2008 06:22 (UTC) (Ссылка)
Извините, что имею наглость советовать, но больше 500 слов в блогах мало кто читает. Может, лучше для популярности вашего блога ставить маленькие, но емкие тексты. Но с линком на источник и картинкой.
С уважением,

Edited at 2008-03-03 06:23 (UTC)
From: andrewkustov Date: Март, 3, 2008 08:23 (UTC) (Ссылка)
Сергей Георигиевич, вы пишите:
На завершающем этапе существования СССР советское обществоведение оказалось несостоятельным. В своих рассуждениях, обобщениях и выводах накануне и во время перестройки гуманитарная элита допустила целый ряд фундаментальных ошибок. В результате этих ошибок были приняты неверные практические решения или замаскированы антинародные установки и намерения.

Давно читаю Ваши книги и тезис не новый для меня. Но вот только сейчас подумал: хорошо, допустим обществоведы и "гуманитарная элита" понимали бы общество, в котором жили. А партийное руководство, которое затеяло перестройку, всё равно ее затеяло бы. И вот что изменило бы понимание людьми того факта, что разрушают их страну, их жизненный уклад?

Я смотрю но то, что происходит сейчас, например, у нас, в Украине. Все отлично понимают, что делают политики. И? На улицы не выйдут, до тех пор пока не созреет революционная ситуация "по-ленински". А выйдут - так есть ОМОН. Есть СМИ, которые тут же объявят, что это всё происки Кремля. И всё затихнет.

Думаю, то же самое было бы и тогда. Т.е. тогдашний демократически-либеральный угар был своего рода анастезией. Реально никто и ничего не мог бы сделать. И тогда и сейчас.

beskarss217891 From: beskarss217891 Date: Март, 3, 2008 17:26 (UTC) (Ссылка)
Да, многие ОТЛИЧНО ПОНИМАЮТ, что делают политики. Как изо дня в день тупой пропагандой накачивают страхи.

Делать хоть что-то можно и нужно, иначе проще сразу уехать на Марс.

Однако почему у многих людей так и не получается отстаивать интересы хотя бы по русскому языку? Скорее всего, тут дело в усложнившихся системах современного общества. Государство стало невиданно сложной машиной, чтобы с ней бороться, тоже нужны машины. И люди в своем большинстве находятся в дух "полуагрегатных" состояниях. Либо узкий круг единомышленников, который ничего сделать не может (террор у нас не принят и, наверное, в этом много правильного), или толпа, которая сама по себе может быть опасна, но за все годы независимости с ней научились очень хорошо обходиться - распылять, дурить, просто подержать на солнцепеке.
Помню, как в наш город бастующие шахтеры заходили. Колонна в несколько тысяч человек, все в жилетах, касках, блокировали облисполком. И что? Ничего. За булыжники они не взялись, и попусту стучали касками о мостовую. Журналисты еще издевались - когда уставали стучать каками или просто разбитвали, взлись стучать пустыми пластиковыми бутылками с камешками. Погремушки...
beskarss217891 From: beskarss217891 Date: Март, 3, 2008 17:28 (UTC) (Ссылка)
Пардон, "уставали стучать касками"...
From: av_prytkov Date: Март, 4, 2008 07:40 (UTC) (Ссылка)
Здравствуйте.Я живу в России, но часто общаюсь со своими украинскими знакомыми и слежу за ситуацией в Украине.У меня появилось ощущение,что украинцы как-бы наблюдают происходящее со стороны,как-будто все это происходит не с ними.Чувствуется какая-то обреченность,как-будто люди заранее смирились с тем,что будет.Вы пишите,что все отлично понимают,что делают политики,но на улицы не выйдут...Как Вы думаете,в чем причина такого состояния общества?Может быть,какие-то черты национального характера украинцев?А может быть, поведение большинства украинцев,особенно из Центральной Украины,глубоко рационально,и они,по крайней мере,не являются противниками проводимой политики?
sg_karamurza From: sg_karamurza Date: Март, 4, 2008 11:12 (UTC) (Ссылка)

Разве в этом русские чем-то отличаются?

У нас тоже почти все смотрят на происходящее, как во сне. Достаточно сделать усилие - и наваждение пропадет, мы проснемся. Практически никто не желает взглянуть в глаза реальности, хотя чувствуют, что она катится не туда.
From: av_prytkov Date: Март, 4, 2008 16:55 (UTC) (Ссылка)

Re: Разве в этом русские чем-то отличаются?

Уважаемый Сергей Георгиевич,каким образом люди попадают в такое состояние "наваждения"?Ведь это чем-то напоминает состояние транса при гипнозе. С помощью каких приемов людей вводят в такое состояние или при каком сочетании объективных обстоятельств происходит подобное?Я внимательно прочитал Ваши книги,в том числе и "Демонтаж народа",но не нашел ответа на этот,на мой взгляд,очень важный вопрос.
From: andrewkustov Date: Март, 5, 2008 06:48 (UTC) (Ссылка)

Re: Разве в этом русские чем-то отличаются?

Извините, что отвечаю на вопрос, заданный не мне. Вы затронули важную тему. Дело в том, что здесь не нужны какие-то особые технологии воздействия. Сергей Георгиевич, как мне кажется, в своих книгах исходит из того, что человек - существо рациональное, сознательное. Однако, достаточно просто оглядеться вокруг, присмотреться к себе, чтобы увидеть, что это совершенно не так. Сама история разрушения СССР - это история о том, как люди променяли жилье, медицину, науку, образование на голливудские фильмы, яркие прилавки супермаркетов и иллюзию свободы. Ребенок тянеться к яркой игрушке. Взрослые - к ярким машинам, шмоткам, шокирующим сценам по ТВ, всему запретному. Это и было движущей силой тогдашних перемен. Поэтому все так легко покупались на явную ложь. Эта была желанная ложь. И поэтому сейчас в обществе апатия - люди нахавались впечатлений досыта, на годы вперед.
From: av_prytkov Date: Март, 5, 2008 07:49 (UTC) (Ссылка)

Re: Разве в этом русские чем-то отличаются?

Спасибо за ответ.Интересная мысль.Но тогда получается,что"иммунитет к воздействию вирусов"наиболее слаб у тех народов,которые склонны "верить в чудо",т.е. в наступление весьма маловероятного события.Видимо,это присуще народам,живущим по законам вероятностной рациональности(пример - поведение в рамках русского "авось").Такие качества русского народа объяснены в книге проф.Хоскинса"Россия и русские".Мне кажется,что западные народы более рациональны в своем поведении и,следовательно,менее подвержены манипулятивному воздействию.А что Вы можете сказать про Украину?
asterrot From: asterrot Date: Март, 6, 2008 08:58 (UTC) (Ссылка)
Понимание пониманию рознь. Есть понимание "у целом", а есть понимание оперативное, действенное. Всё упирается во внутреннюю и внешнюю структурированность информации и выход общих смысловых конструктов на прикладные разработки, гуманитарные технологии и т. д.
From: andrewkustov Date: Март, 6, 2008 10:29 (UTC) (Ссылка)

Не только это. Я бы даже сказал, дело не в действенном понимании, а а деятельном. Но вот его-то и изничтожили в Украине "оранжевой" революцией. Это сейчас мало кто понимает. В психологии есть такое понятие: "выученная беспомощность". Это состояние, которое наступает, когда человек раз за разом убеждается в том, что он ничего не может сделать, от него ничего не зависит, хотя ситуация его и не устраивает. Хотели этого организаторы оранжевой революции или получилось так мимоходом, но суть именно в этом: наиболее активная часть общества последние три года участвует в эксперименте по формированию выученной беспомощности.

Это происходит и у нас и у вас, в России. Боюсь, что потребуется опять революция (и не оранжевая, а самая настоящая), чтобы вывести людей из этого состояния :(

darkhon From: darkhon Date: Март, 3, 2008 08:54 (UTC) (Ссылка)
Конечно, проехались по интеллигентам, пытающимся писать о русском характере, хорошо.
Но я что-то не пойму - вы вообще отрицаете наличие наций или как?
(Удалённый комментарий)
caml_programmer From: caml_programmer Date: Март, 4, 2008 01:34 (UTC) (Ссылка)
"отупело" - эффект лжеобучения. СССР был излишне закрытой
системой и просто не выдержал конкуренции с формирующейся
открытой мировой системой, вот и всё, всякое "умнее-тупее"
уже вторично.
(Удалённый комментарий)
caml_programmer From: caml_programmer Date: Март, 4, 2008 15:01 (UTC) (Ссылка)
Я говорю о глобальных мировых взаимодействиях.
США пришло в Афганистан, Ирак, Европу, СНГ, Россию
и проводит там СВОЮ политику. То есть множество
различных государств были объединины в одну систему,
независимо от того - желают они этого или нет.

Как говорится - друзей держи близко к себе, а врагов
ещё ближе.

Мы же наоборот, ушли ото всюду откуда только возможно,
скоро уже из свой страны/города люди побегут, если
и дальше так будет продолжаться (впрочем уже бегут).

В общем открытость системы не надо интерпретировать как
полную анархию/либерализм, где нет никакой защиты от
внешнего агрессора. Как раз наоборот на границе
терриории или сферы интересов должен стоять гибко и
быстро настраиваемый фильтр, дабы отвечать
быстроменяющимся обстоятельствам, иначе будем терять
конкурентное преимущество.
sg_karamurza From: sg_karamurza Date: Март, 4, 2008 11:19 (UTC) (Ссылка)

Как вы легко находите причины

СССР был гораздо более открытой системой, чем, напр., Япония или арабы. Однако те устойчивее. Значит, не в этом дело. Тут лучше говорить о неадекаватности барьеров тем "вирусам", против которых в организме СССР не было иммунитета.
caml_programmer From: caml_programmer Date: Март, 4, 2008 14:41 (UTC) (Ссылка)

Re: Как вы легко находите причины

Можно и так сказать. Политика безопасности государства
стала расходиться с реальностью. Новые угрозы не были
восприняты на должном уровне. По сути КГБ - выигрывал
некоторые сражения, но проиграл войну. Нечто подобное
происходит и сейчас, только в более уродливых формах.
ru_teacher From: ru_teacher Date: Март, 3, 2008 14:49 (UTC) (Ссылка)

С днём писателя Вас!

i_p_p_l From: i_p_p_l Date: Март, 3, 2008 15:24 (UTC) (Ссылка)
Хотела обратить Ваше внимание на монографии "Психика.Культура. История" и "Историческая психология" В.А. Шкуратова, а также на самарскую школу исследования ментальности, они уже несколько десятилетий занимаются разработкой знания о русском менталитете - в конструктивистском духе.

Под руководством проф. Шкуратова выполнены масштабные эмпирические исследования:

диссертация по материалам художественного книгоиздания (все художественные издания для взрослого читателя за советское время, 1917-1996) о письменной ментальности - выполнена О.В. Бермант, изучена база данных 20,000 персоналий за 79 лет книгоиздания,

диссертация с эмпирическим исследованием интеллигентской ментальности (по материалам журнала "Русская мысль" 1880-1918) - выполнена Е.В. Бакшутовой,
статья по теме диссертации есть в сети,

диссертация о российской бюрократической ментальности (охватила указы 1801-1917) - выполнена Г.А. Орловой, изучила источниковедческую базу больше чем двухвекового объёма.
atrey From: atrey Date: Март, 7, 2008 12:46 (UTC) (Ссылка)
"Ради точного знания о характере русских сталинского периода старательно переводили и издавали Зощенко. По всему выходило, что СССР - колосс на глиняных ногах."

О-о! Так вот кто главный супротивник фашистов- Зощенко!

Бедные немцы со свойственной тупостью и трудолюбием изучали все его приколы.
и восприняли их с немецкой серьезностью,за чистую монету,
отчего и проиграли!

atrey From: atrey Date: Март, 8, 2008 14:33 (UTC) (Ссылка)
"Были и противники - П.Н. Милюков считал это понятие ненаучным, а Л.Н. Гумилев называл мифом."
Не знаю страдал ли русофобией Милюков(фигура малозначительная), но то, что Л.Н.Гумилев назвал понятие национального характера "мифом",- как раз говорит о том, что он его принимает всерьез.

Стоит перечитать современника Гумилева -А.Ф.Лосева, его известную работу 1930-х годов о Мифе.

Миф по мнению Лосева- это как раз основная реальная форма, в которой развивается жизнь общества.

Потому что в материальном смысле (не через сознание) Общество воедино в целосный объект ничего не связывает. А через сознание отдельных индивидов- самый простой самый низовой глубинный тип связей-это как раз миф.
20 комментариев or Оставить комментарий