sg_karamurza (sg_karamurza) wrote,
sg_karamurza
sg_karamurza

Categories:

Противоречия, векторы и компромиссы

http://centero.ru/opinions/protivorechiya-vektory-i-kompromissy здесь с добавлениями

В 2001 г. состоялся семинар в Высшей школе бизнеса МГУ, спонсором которой было посольство Японии. Доклад об итогах 10 лет реформ делал директор ВЦИОМ Ю.А. Левада, по каким-то причинам меня пригласили сделать содоклад.
В России тогда был в разгаре большой проект демонтажа советского жизнеустройства. Ю.А. Левада утверждал, что этот проект «не был никем запланирован», а результаты его «никто не мог ожидать». Это не так. Проект в сыром виде был известен с 60-х годов, а к 2001 г. он уже был изучен по делам. Интересна была сама позиция одного из ведущих социологов.

Я говорил, что выводы социологов – это наложение рефлексии социологов на рефлексию опрошенных. При этом искажение реальности становится неприемлемым по величине и по вектору. В этих условиях социологи могут подтасовывать выводы, объясняя нелепости состоянием мышления опрошенных.
Главный тезис Ю.А. Левады состоял в том, что произошло привыкание людей к нынешним условиям, т.е. реформа принята населением. Этот тезис был неправдоподобен – привыкание людей к условиям, несовместимым с жизнью народа и страны, невозможно, как не могло быть привыкания, например, к немецкой оккупации. Признак этого – наличие у людей альтернативного позитивного образа, пусть и утраченного как реальность. Об этом Левада не говорил, чем искажал «общественное мнение».
Вот данные самого ВЦИОМ. В 1995 г. он опубликовал большой обзор «Мониторинг перемен: основные тенденции». Там говорилось: «Как лучший период в истории ХХ в. общественное мнение выделяет времена правления Брежнева и Хрущева, перестройка же оказывается наихудшим временем по соотношению негативных и позитивных оценок… "Правильной" кажется перестройка имеющим высшее образование (23%), москвичам (22%), избирателям "Выбора России" (29%)». Даже в группах, где антисоветская идеология казалась господствующей, реформу положительно оценивает лишь около четверти респондентов.
Почему же могли так расходиться эмпирические данные с умозрительным выводом? Я предположил, что опросам ВЦИОМ присущи нечувствительность к фундаментальным вопросам, нежелание различать категории выбора и технического решения. Люди переживают крах бытия, а их спрашивают: «купил ли ты стиральную машину?».
Готовится фундаментальное изменение всего социального порядка, которое затронет благополучие каждого человека, но люди в рамках задаваемых им вопросов не видят этого. И это состояние устойчиво, его специально поддерживают с помощью «социологических опросов». И общество, и «прогрессивная элита» не могут получить достоверных сведений о том, что происходит в недрах общества.
Содержательных ответов на тезисы моего содоклада не было. Точнее, за исключением министра посольства Японии, который вызвал общий смех, сказав: «Почему так мрачно? Все у России будет хорошо. Деньги у вас есть! Они находятся у нас, в сохранности». Декан экономического факультета сказал: «Высокое качество образования в СССР было мифом. Как можно хорошо обучить детей по единой программе?». Не менее странную вещь сказал один из зам. директора ИМЭМО: «Я не думал, что у нас еще есть люди, которые обеспокоены тем, что в России прекращено производство тракторов, а раньше выпускали 300 тыс. в год. У нас и танков много производилось – а зачем они нам!». А.Н. Илларионов похвалил Ю.А. Леваду и сказал, что правительство очень ценит его работу. Ю.А. Левада был расстроен моим содокладом и только сказал: «Зато вы теперь можете все это сказать!». Практически все приняли вывод «население привыкло к реформе», как политкорректный эвфемизм.
К чему я это вспомнил? К тому, что в 2001 г. массовый отход обществоведов от реальности был очевиден. Но сейчас, в 2015 г., оказывается, что Ю.А. Левада был прозорлив!
Я, общаясь со студентами и аспирантами, поражаюсь тем, что они не то что привыкли к кризисному бытию, а как-то научились жить и в реальности, и в зазеркалье. Они пишут дипломы и диссертации, становятся профессионалами, играют свои роли, а реальность катится совсем по другой дороге. Вот в чем брешь нашей обороны против деградации. В этом смысле Ю.А. Левада высказал верное предвидение, хотя слово привыкание выбрано неудачно, речь о другом явлении.
Наука – способ познать реальность, природную и общественную. Каждая дисциплина или область науки дает нам, как волшебное зеркало, не просто видимый образ какого-то объекта, но и то, что скрыто за его оболочкой. Но если это зеркало отрывается от реальности и начинает жить «своей жизнью», то как же ему верить? Это уже и не зеркало, а тень, ушедшая от хозяина. И обманы такой тени бывают зловещими – так выражен опыт в этой притче.
Очень редко мне удавалось поговорить с дипломником, которому я давал отзыв с указанием на типичные и фундаментальные ошибки – диплом защищен, чего же еще. С руководителем диплома не удавалось поговорить ни разу. Но когда я говорил с дипломниками-политологами, я рекомендовал первым делом, приступая к освоению темы, представить для себя главные противоречия, которые и создают проблему. В общем, к этому относились скептически. Это как будто шло вразрез со стандартами, это другой жанр. Возможно, в обществоведении отказались от такого подхода потому, что сама категория противоречий неизбежно политизирует тему, а это усложняет жизнь и студенту, и преподавателю.
Можно как-то обойти этот камень преткновения? Я думаю, да. Об этом мы косвенно и спорили с Ю.А. Левадой на том семинаре. Я упрекал социологов ВЦИОМ за то, что проблему выбора они подменяют проблемами технических решений. Общество на распутье, и главное ¬– куда двигаться, а своими опросами людей побуждали спорить об удобствах того или иного транспорта, о цене билетов и пр. Векторы подменяли скалярными величинами.
Что нам бы дало сегодня введение в анализ наших кризисных проблем вместо построения силового поля главных противоречий построение «карты» возможных альтернативных путей (векторов)? Дало бы возможность диалога, в котором подавлена обратная связь, развивающая конфликт. Построение «карты» противоречий действительно на каждом цикле анализа ведет нас к противоречию антагонистическому, к несовместимым идеальным образам будущего. Все векторы расходятся, начинается «война всех против всех» и маячит революция.
Иное дело, если на повестку дня выносится не выбор идеального будущего, а выбор более низкого ранга – пусть важный, но вытерпеть могут и несогласные. Тогда в поддержку или отрицание той или иной альтернативы собираются «исторические блоки». Они соединяются на временной платформе для решения конкретной проблемы. В дезинтегрированном обществе образуются сгустки солидарности и навыки общения, рассуждения и убеждения. Это – тактика компромисса, а не революции. Освоить эту тактику явно в наших интересах. И студентам нечего бояться: рассмотреть в дипломе разные векторы решения какой-то актуальной проблемы, сделать обзор аргументов разных социальных групп и политиков, дать свою оценку сильных и слабых сторон главных альтернатив – это не требует идеологизировать анализ и даже критиковать политическую систему.
Я думаю, что это было бы хорошим образовательным практикумом, да и для политологической практики было бы полезно. Попробуем этот практикум наладить! Для начала можно будет взять важные решения, которые все мы помним, и снова «проиграть» достоинства и недостатки альтернатив – как принятую к исполнению, так и отведенных или вообще не получивших права голоса. Сейчас, когда снова встала проблема создать государственный орган стратегического планирования, такая тренировка поможет в этом сложном деле.

Из любопытства дополнение: краткий список участников того семинара:

1. Арбатов А.Г. зам.пред. Комитета Госдумы по обороне
2. Афанасьев М.П. зам.руководителя Счетной Палаты
3. Барановский В.Г. зам.директора ИМЭМО РАН
4. Белоусов А.Р. рук. Центра макроэкономического анализа и прогнозирования
5. Вавра А.В. старший референт Президента РФ
6. Гавриленков Е.Е, проректор ВШЭ
7. Гуриев С.М. директор Центра профобразования Российской экономической школы
8. Дробышева Л.М. директор Института социологии РАН
9. Дынкин А.А. первый зам директора ИМЭМО РАН
10. Илларионов А.Н. Советник президента РФ
11. Кавато Акио министр посольства Японии в РФ
12. Квон Гухун постоянный представитель МВФ в России
13. Клепач А.Н. зам. директора Центра развития
14. Колесов В.П. декан экономфака МГУ
15. Костиков В.В. руководитель стратегического центра ЗАО АиФ
16. Красавченко С.Н. первый проректор Международного университета
17. Левада Ю.А. директор ВЦИОМ
18. Лифшиц А.Я. зам.генерального директора компании «Русский Алюминий»
19. Марков А.Р. руководитель социальных программ представительства Всемирного банка в Москве
20. Симония Н.А. директор ИМЭМО РАН
21. Шанин Теодор ректор Московской школы социальных наук
22. Шигето Хики первый секретарь экономического отдела посольства Японии в РФ
23. Ясин Е.Г. научный руководитель ВШЭ

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 52 comments