sg_karamurza (sg_karamurza) wrote,
sg_karamurza
sg_karamurza

Category:

После лекции об "информационных войнах"

Едва ли не главным чувством, которое шире всего эксплуатируется в манипуляции сознанием, является страх. Есть даже такая формула: «общество, подверженное влиянию неадекватного страха, утрачивает общий разум». Советское обществоведение игнорировало то, насколько западная «культура страха» необычна для нас. Только сейчас нам открывается картина существования поистине несчастного. Но и сейчас она не стала познавательным инструментом для государства РФ.

Вот мой опыт. Есть у меня приятель из ФРГ, философ, ученик Хайдеггера (живет в Испании, вчера ему стукнуло 85 лет). Как-то он рассказал мне, как в 70-е годы был в Москве и обедал в доме секретаря посольства ФРГ. И за столом, желая сказать что-то существенное, собеседники обменивались записками. Вслух не говорили — боялись подслушивающих устройств КГБ. Я не мог в это поверить и потратил целый час, добиваясь, чтобы он точно воспроизвел ситуацию и объяснил причины этого страха в кругу образованных, неглупых и немолодых людей. Это был болезненный разговор, мой друг разволновался, выглядел странно. Его мучило, что он не мог найти ответа на простой вопрос: чего вы боялись? Ведь ты должен иметь хоть какой-то образ опасности. Оказалось, что у той компании дипломатов и философов такого образа просто не было, страх не имел очертаний. У нас произошел примерно такой диалог:
— Скажи, Ганс, вы боялись, что КГБ ворвется в дом и перестреляет вас прямо за столом?
— Брось, что за чушь.
— Боялись, что хозяина-дипломата выселят из страны как персону нон-грата?
— Нет, такого никто не думал.
— Боялись, что вас куда-то вызовут и поругают?
— Да нет, все не то. Никто ничего конкретного не предполагал.
Когда я перебрал все мыслимые угрозы, вплоть до самых невинных (даже при допущении, что КГБ только и делает, что все их записывает на пленку), в нашем разговоре наступила пауза. Стало ясно, что в отношении к СССР в культурном слое Запада возникла патология. И причины ее — не в СССР, а в мышлении этих западных интеллигентов.
Собирая материал для «Манипуляции», я прочитал много текстов, посвященных «западному страху», которых у нас и не знали. Итог становлению «страха Лютера» подвел датский философ С. Кьеркегор в трилогии «Страх и трепет» (1843), «Понятие страха» (1844) и «Болезнь к смерти» (1849). Здесь страх предстает как основополагающее условие возникновения индивидуума и обретения им свободы. Потом волну страха подняло Просвещение. Потом Ницше и страх перед «Войной миров». Потом – перед холодной войной. Опрос в США: «Ожидаете ли вы войну в течение ближайших 25 лет?» В конце 1945 г. утвердительный ответ дали 32% опрошенных, в 1946 г.— уже 41%, а еще через год — 63%. Далее – «Ядерный страх», по структуре, как страх перед чумой в XIV веке. В начале 50-х годов эксперты считали, что главную опасность для США составляют уже не сами атомные и водородные бомбы СССР как средства разрушения, а та паника, которая возникла бы в случае войны.
Ученые столкнулись с явлением, затронувшим глубинные слои психики, так что отсутствовали привычные корреляции с социальным положением, уровнем образования или осведомленностью о реальной опасности. Особенно уязвимой оказалась психика молодежи. Больше всего психологов обеспокоил тот факт, что к концу 60-х годов это «оцепенение» охватило и тех, кто по долгу службы был обязан сохранять реалистичное отношение к проблеме — военных и политических деятелей, а затем и самих исследователей «ядерного страха». В 70-х годах положение ухудшилось, так как психологи установили, что и персонал атомных станций подпал под воздействие «ядерного страха».
Бывая в Испании, я много смотрел фильмов Голливуда. Спрос на «фильмы ужасов» на Западе был феноменален, ненормально. Я просмотрел фильмы А. Хичкока и Стэнли Кубрика, феномен выявился, но хорошего объяснения нет. Но веть сам феномен надо же было встроить в картину мышления наших «партнеров»!
Сейчас масса политологов пишет дипломы и диссертации об «информационных войнах», которые грозят России. Но судя по текстам, это понятие представляется поверхностными параметрами. Как можно выстраивать защитные структуры, если не знаешь, что творится в голове противника! Вот образ поэта: «сумасшедший с бритвою в руке». Теперь этот «сумасшедший» мстит России, 25 лет вилявшей хвостиком, за то, что он потел от страха перед СССР.
Собрав много сигналов из истории и современностью, можно сказать, что ожидаемые «информационные войны» (от США!) – это соединившиеся в синергическую систему такие элементы: иррациональность + страх + продвинутая технология. Это опасный постмодерн. На разработки этого оружия работает огромная армия антропологов, культурологов, психологов, лингвистов и др. Даже одна доктрина «становления зла» – большая сила.
Мы радовались миру под крылышком православии, потом под советским оптимизмом, и 80-м годам стал как динозавры перед ледниковым периодом. Сунулись в «лоно цивилизации» и только сейчас задумались: «куда мы попали?». Мы даже не изучили духовную конструкцию фашизма, которую эффективно используют США. Примечательны названия двух книг: «Дружелюбный фашизм» (1980) и «Либеральный фашизм» (М., 2012). Но все это может быть упаковано в разных формах (например, ИГИЛ).
Проблем а в том, что нам позарез нужно знание, а система образования автоматически блокирует подход к актуальным проблемам.
Для иллюстрации – выдержки из статьи А. Горянина:

Горянин А. Фантомные боли Америки / http://inosmi.ru/world/20090202/247119.html

Хуже всего дело обстояло в США. Начиная с конца 40-х, сотни тысяч американцев наблюдали НЛО. Царило повальное убеждение, что это Советы испытывают какие-то тайные летательные аппараты или какое-то новейшее оружие над головами американцев. Среди рассекреченных в последнее время в Америке документов, касающихся НЛО, есть примечательный отчет - 'Анализ инцидентов с летающими объектами в США', датированный 10 декабря 1948 года. Он прямо приписывает НЛО Советскому Союзу: 'Возможно, СССР использует летающие объекты для фоторазведки или картирования некоторых частей США. Возможно, полеты советских летающих объектов над США предназначены лишь для того, чтобы оценить способности американской противовоздушной обороны заметить иностранный самолет. Эти данные могут иметь чрезвычайную важность для СССР, если они планируют совершить массированный налет с участием всех стратегических бомбардировщиков...' Слухи об этих выводах просачивались в широкую публику.
В августе 1949-го в СССР была испытана атомная бомба, в августе 1953-м - водородная. На Западе постоянно прорывались настроения обреченности, американские посольства в Европе имели списки тех, кого надлежало вывезти самолетами за океан, когда Красная армия начнет вторжение. Списки были негласные, но разыгрывались адские интриги, вспоминал Редлих [эмигрант из СССР], за включение в них.
Все это, однако, почти не выходило за пределы верхней страты общества - простую публику в Европе подобные настроения затронули не столь сильно. Меньшее уныние континентальной Европы отчасти вытекало как раз из ее левого крена. Было немало простаков, рассказывал Редлих, вполне способных радостно приветствовать советское вторжение. Свой нюанс был в Англии. Там почти не было коммунистов, равно как и социалистов итало-французского образца, и мрачных ожиданий хватало. В знаменитом романе, 'Заводном апельсине' Энтони Берджесса (1962), английский текст неспроста пестрит словами вроде koziol voniutshi или svolotsh. В 60-е годы автор был убежден, что русские не просто 'идут', они скоро придут, и тогда язык английских подонков наполнится русизмами.
Почему-то после смерти Сталина панические настроения не утихли, а наоборот, вспыхнули с новой силой. Редактор американского журнала The Russian Review, вспоминает о 1954 годе, как о 'времени на волне красной паники'.
В 1959 году похоронным звоном прозвучал в США фильм 'На берегу' (режиссер Стэнли Крамер) о медленной и мучительной гибели человечества от последствий ядерной войны. Были случаи самоубийств под впечатлением фильма.
Едва наметилась первая разрядка, как все испортил Хрущев с его 'Мы вас похороним!' (в сентябре 1960-го на сессии Генеральной ассамблеи ООН). Он перепугал Америку еще на треть века.
Боязнь спровоцировать конфликт с СССР была исключительной: американских летчиков, по ошибке обстрелявших советский пароход 'Туркестан' у берегов Вьетнама, судили военным судом. Напомню: во Вьетнаме США потеряли 4,5 тыс. самолетов (половину своей авиации!), потеряли убитыми 58 тыс. человек, 303 тыс. ранеными.
В 1988 году, уже в разгар перестройки, социологи Сиракузского университета (США) провели исследовании 'Советская и американская молодежь: сравнительный взгляд'. Они установили: 42% молодых американцев считали, что ядерная война произойдет при их жизни, и лишь 14% думали, что она не произойдет никогда. В СССР цифры были разительно иными: соответственно 9% и 56%. Если в 1988 году подобные страхи продолжала испытывать почти половина американской молодежи (а ей положено быть беспечной!), что же говорить о людях среднего возраста и пожилых!
В 1983 году, в разгар холодной войны, широкую известность приобрело письмо, которое написала советскому генсеку 14-летняя девочка из США по имени Саманта Смит. В письме были такие слова: 'Я очень не хочу и боюсь войны. Объясните мне, пожалуйста, дорогой мистер Андропов, правда ли то, что вы ее хотите и почему?'
Эти слова отражали почти всеобщее убеждение американцев в том, что СССР твердо решил уничтожить США и лишь дожидается удобного случая. Как было с этим жить?
Даже в начале 1990 года ЦРУ продолжало уверять американское руководство, что все происходящее в СССР - perestroika, glasnost, отмена цензуры, свобода собраний и объединений, первые свободные выборы с несколькими претендентами на одно место, рыночные реформы, все эти и другие революционные перемены были ни чем иным, как хитрым трюком, придуманным с единственной целью: сбить с толку руководство США.
Моя знакомая Надя Бурова, вдова поэта и художника Дмитрия Александровича Пригова, рассказывала, как американцы отходили на рубеже 80-х и 90-х от десятилетий страха. Надя объездила множество городов США с детским хором из России. Буквально после каждого концерта к ней подходили американцы и спрашивали, озираясь и вполголоса: 'А вы, правда, раздумали нас убивать?' Не могу себе вообразить 'зеркального' эпизода в СССР.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments