sg_karamurza (sg_karamurza) wrote,
sg_karamurza
sg_karamurza

Categories:

СССР и РФ: формационное и цивилизационное состояние. 3

5. Цивилизационный кризис СССР
Для этого кризиса были предпосылки. В советский период доминировал формационный подход, форма цивилизация была в тени. Это деформировало систему знания, массовое сознание и политическую систему: «Мы не знали общество, в котором живем» (Андропов). Идеология и образование имели жесткую ограниченную когнитивную структуру, отвергающую инструменты цивилизационного подхода. Сам классовый подход не отвечал типу угроз для СССР (России). Преодоление нашего кризиса возможно лишь в рамках цивилизационного проекта.
Реанимированный в 1960-е годы проект, альтернативный советскому проекту, представлял собой попытку реванша советских западников. Государство и партии СССР (особенно КПСС) – игнорировали СССР как форму российской цивилизации в период ХХ века, и большинство интеллектуалов-западников сдвинулось в 1970-1980-х гг. к антисоветизму. Во многом поэтому КПСС допустила гражданскую цивилизационную войну – перестройку. Результат: ликвидация СССР и разрушение ряда фундаментальных структур, на которых стояла историческая Российская евразийская цивилизация.
И в данный момент представления о цивилизациях в массовом сознании, политике и общественных науках господствует невежество. В частности, поэтому население очень мало знает о русских революциях начала ХХ века, да и об антисоветской революции 1990-х годов. Ведь все они были в основе своей цивилизационными.
В состоянии цивилизационной раздвоенности постсоветская Россия не смогла примкнуть ни к одному лагерю в конфликте, который возник в мире из-за претензий США на роль мирового лидера. Возникла тупиковая ситуация: новая политическая элита России с энтузиазмом доказывала, что СССР был «империей зла», но одновременно требовала признать РФ «частью западной цивилизации». Иными словами, это требование не имело никаких исторических оснований.
СССР, в формах которого была воплощена Россия на протяжении почти всего ХХ века, потерпел поражение в «холодной войне» с Западом. Запад, победивший в большой цивилизационной войне, «проник» в Россию, овладел ее важнейшими невралгическими центрами и, конечно, оказывает и долго еще будет оказывать непосредственное влияние на нашу судьбу.
Целеполагание М.С. Горбачева стояло на идее разрушения страны, которой он взялся руководить. После 1991 г. он постоянно подчеркивал, что добился своей цели. Сами эти утверждения – признак резкого ослабления жизнеспособности страны. Они говорят о воле к смерти – особой болезни цивилизаций. Тот факт, что и после 2000 г. власть явно не отмежевалась от этих целей, создает внутренний раскол, снижающий жизнеспособность цивилизации. Она разделяется на две враждебные части.
Индикатором может служить отношение к службе в армии. Еще в 1988-1989 годы армия была институтом, который пользовался очень высоким доверием граждан (70-80%). Но уже в 1993 году от службы уклонилось 80% юношей призывного возраста, укомплектованность армии и флота упала до 53%. В осенний призыв 1994 года Сухопутные войска получили только 9% необходимого числа призывников.
Еще важнее, что в самой России возник внутренний конфликт между элитой и массой относительно ее цивилизационного статуса страны, что ослабляло позиции России в международных делах. Как же определялись в этих вопросах реформаторы России во время перестройки и после 1991 года? Бытуют три версии:
– Россия не является ни самостоятельной цивилизацией, ни частью иной большой цивилизации, она выпала из мирового цивилизационного развития и осталась в состоянии варварства: «На Руси никогда не было нормальной, вольной частной собственности... Частная собственность — материя и дух цивилизации» (А.Н. Яков¬лев).
– Россия – цивилизация, но изначально антигуманная и тоталитарная. Советник Ельцина философ А.И. Ракитов рад уничтожению СССР: «Самая большая, самая жестокая империя в истории человечества распадается». Он подчерки¬вает, что пато¬ло¬гическая жесто¬кость – примордиальное каче¬ство России: «Надо говорить не об отсутствии цивилизации, но о том, что сами законы были репрессивными, что конституции были античе¬ло¬вечными, … фундаментально отличались от своих аналогов в других современных европейских цивилизациях».
– Россия была и есть часть Запада. Она отклонилась от «столбовой дороги» из-за советского эксперимента, и теперь она учится у Запада. Эта версия родались в 1960-е годы, во время «оттепели». Ее идеологом стал И. Эренбург.
Все три версии с конца 1980-х годов господствуют в «гуманитарном» дискурсе, из них вытекает ряд противоречивых положений российской власти.
В декабре 2006 г. «Левада-центр» провел большой опрос на тему «Россия и Запад». На вопрос «Является ли Россия частью западной цивилизации?» положительно ответили 15%. 70% опрошенных выбрали ответ «Россия принадлежит особой (“евразийской” или “православно-славянской”) цивилизации, и поэтому западный путь развития ей не подходит». Затруднились ответить 15%.
Но невозможно, опираясь на поддержку 15% населения, почувствовавших себя «людьми западной цивилизации», загнать остальных в чуждую им цивилизацию.
Неожиданное поражение СССР в холодной войне нанесло народу России, как и народам большинства постсоветских республик, тяжелую культурную травму. Ее преодоление во многом зависело от того, на каких условиях российское государство предполагало ввести Россию в систему нового мироустройства. В целом, доктрина, которой следовали команда Горбачева, а затем Ельцина, усугубила эту культурную травму, углубила раскол в обществе и усилила отчуждение от власти.
Эта доктрина понималась как решение отказаться от статуса России как цивилизации и независимой страны и занять место в периферийной зоне западного капитализма («вернуться в лоно цивилизации»). Можно сказать, что народ был готов перетерпеть, в течение разумного времени, невзгоды и горести побежденной стороны, но считал неоправданным и необоснованным полную сдачу геополитических и культурных позиций.

6. Эпилог
Для постсоветской России выстроить эффективную идеологическую защиту против угрозы представления ее как варварской страны было сложно потому, что вся доктрина трансформации России 1990-х годов была основана на отрицании цивилизационного статуса СССР. Режим Ельцина практически признал трактовку СССР как «империи зла». Таким образом, Россия как правопреемник СССР изначально приняла на себя это клеймо.
Регулярно подтверждая свою трактовку СССР как «империи зла», государство России само подрывает свою легитимность как цивилизации. При этом оно живет ресурсами, унаследованными от этой «империи» – например, газо-нефтянового комплекса и ядерного оружия.
Ярлык «империи зла», который в 1980-е годы не имел успеха в мировом общественном мнении, был легитимирован именно признанием, сделанным политической властью самой России. Этот факт истории представляется исключительно важным для выработки внешнеполитической доктрины современной России. Клеймо необходимо стереть, невзирая на уважение к «первому президенту России».
Политики 1990-х годов променяли добытый за три века статус России как крупной локальной цивилизации (восточно-христианской или евразийской) на конъюнктурные выгоды антисоветизма. С точки зрения интересов исторической России это обмен невыгодный. Власть промотала огромное национальное достояние.
В настоящее время воспроизводство всех этих структур России идет в чрезвычайном режиме. Мы переживаем период суженного воспроизводства, продолжается сокращение и качественная деградация важных подсистем каждой сферы.
С самого начала антисоветской «революции сверху» произошел раскол постсоветских обществ, в том числе, в России.
В России с 1993 г. в рамках международного исследовательского проекта «Новый Российский Барометр» работала большая группа зарубежных социологов. В докладе руководителей этого проекта Р. Роуза и Кр. Харпфера в 1996 г. было сказано: «В бывших советских республиках практически все опрошенные положительно оценивают прошлое и никто не дает положительных оценок нынешней экономической системе». Если точнее, положительные оценки советской экономической системе дали в России 72%, в Белоруссии — 88% и на Украине — 90%. Оценки новой политической системы были еще хуже.
Раскол обществ не закрыт.
Социолог Бойков В.Э. писал (2010): «Достижение ценностного консенсуса между разными социальными слоями и группами является одной из главных задач политического управления в любой стране. Эта задача актуальна и для современного российского общества, так как в нем либерально-консервативная модель государственного управления, судя по материалам социологических исследований, нередко вступает в противоречие с традициями, ценностями и символами, свойственными российской ментальности…
Наибольшее количество сторонников социализма среди крестьян (68% респондентов) и рабочих (58%)... Последние данные отражают социально–классовый аспект дифференциации нормативно–ценностных ориентаций. … Капитализм ассоциируется в сознании многих людей с диктатурой и национализмом, а социализм – с демократией».
Ухудшение демографических и квалификационных характеристик работников – один из важнейших результатов реформы, который имеет долгосрочные последствия. М.К. Горшков (директор Института социологии РАН) пишет (2010): «Ситуация с человеческим капиталом работников, занятых в российской экономике, характеризуемая тем, что большая их часть находится в положении либо частичной деквалификации, либо общей деградации, может рассматриваться как крайне опасная с точки зрения перспектив модернизации России. Тревожными тенденциями выступают также постепенная люмпенизация рабочих низкой квалификации, массовый уход молодежи в торговлю при игнорировании индустриального сектора, равно как и практическое отсутствие у большинства молодых людей шансов (куда бы они ни шли работать) на изменение их жизни и профессиональных траекторий…
Принимая в расчет оценки массового сознания, можно сделать вывод, что основными силами, способными обеспечить прогрессивное развитие России, выступают рабочие и крестьяне (83 и 73% опрошенных соответственно). И это позиция консенсусная для всех социально-профессиональных, возрастных и т.д. групп…
Если говорить о степени социальной близости и наличии конфликтных отношений между отдельными группами,.. то один социальный полюс российского общества образован сегодня рабочими и крестьянами, тогда как второй – предпринимателями и руководителями…
Можно констатировать, что “модернисты” на две трети – представители так называемого среднего класса, в то время как традиционалисты – это в основном “социальные низы”, состоящие почти полностью из рабочих и пенсионеров. В то же время, как это ни парадоксально, именно последние в восприятии населения являются одновременно главной движущей силой прогрессивного развития нашей страны».
После 2010 г. положение не улучшилось. При таком расколе, с такой интенсивности и масштаба, цивилизация деградирует или распадается. Признаки – катастрофические сдвиги важных частей исторической евразийской цивилизации России (Украина, Кавказ, Средняя Азия).
Постсоветское пространство – больная цивилизация на распутье. Лечение не определено.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 50 comments