?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Мой сайт Previous Previous Next Next
Гл. 10. Противоречия политэкономий в периоде НЭПа (6) - sg_karamurza — ЖЖ
sg_karamurza
sg_karamurza
Гл. 10. Противоречия политэкономий в периоде НЭПа (6)
10.6. Противоречия двух советских политэкономий и представление о классах

Во всех политических партиях России, в том числе и в дореволюционной партии большевиков, в представлениях общества господствовал принцип отношений классов, оформленный в теории классов и классовой борьбы Маркса. Эта теория создала в российской революции острые противоречия. Большинство членов партий читали «Манифест коммунистической партии», и были очарованы не только пророчествами пролетарской революции, но и авторитетным прогнозом классовой войны крестьян против пролетариев.
Надо прочитать этот прогноз:
«В таких странах, как Франция, где крестьянство составляет гораздо более половины всего населения, естественно было появление писателей, которые, становясь на сторону пролетариата против буржуазии, в своей критике буржуазного строя прикладывали к нему мелкобуржуазную и мелкокрестьянскую мерку и защищали дело рабочих с мелкобуржуазной точки зрения. Так возник мелкобуржуазный социализм…
Этот социализм прекрасно умел подметить противоречия в современных производственных отношениях. Он разоблачил лицемерную апологетику экономистов. Он неопровержимо доказал разрушительное действие машинного производства и разделения груда, концентрацию капиталов и землевладения, перепроизводство, кризисы, неизбежную гибель мелких буржуа и крестьян, нищету пролетариата, анархию производства, вопиющее неравенство в распределении богатства, истребительную промышленную войну наций между собой, разложение старых нравов, старых семейных отношений и старых национальностей.
Но по своему положительному содержанию этот социализм стремится или восстановить старые средства производства и обмена, а вместе с ними старые отношения собственности и старое общество, или – вновь насильственно втиснуть современные средства производства и обмена в рамки старых отношений собственности, отношений, которые были уже ими взорваны и необходимо должны были быть взорваны. В обоих случаях он одновременно и реакционен и утопичен» [148, с. 450].
Но в «Манифесте» сказано не только о реакционных крестьянах, но и о других классах (шире – общностях).
В разделе «Пролетарии и коммунисты» сказано: «Политическая власть в собственном смысле слова – это организованное насилие одного класса для подавления другого. Если пролетариат в борьбе против буржуазии непременно объединяется в класс, если путем революции он превращает себя в господствующий класс и в качестве господствующего класса силой упраздняет старые производственные отношения, то вместе с этими производственными отношениями он уничтожает условия существования классовой противоположности, уничтожает классы вообще, а тем самым и свое собственное господство как класса» [148, с. 447].
После 1905 г. Ленин и большинство большевиков отвергли эту устаревшую теорию Маркса – они за десять лет создали сложный, но крепкий союз рабочих и крестьян (о котором еще писал Бакунин). Не будем обсуждать Францию, в России было так.
Но многие марксисты надеялись, что мировая социалистическая революция установит диктатуру пролетариата, а до этого, при капитализме, будет существовать гражданское общество – арена холодной борьбы классов. Они читали Маркса, он, развивая теорию классовой борьбы, сделал такой вывод в «Критике Готской программы» (1875): «Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата» [157, с. 27].
Но в России, в доктрине Октябрьской революции большевики не предполагали, а население не приняло бы смысл власти, который был формулирован в «Манифесте»: «Политическая власть – это организованное насилие одного класса для подавления другого». Это формула Гоббса: «война всех против всех». От народников до СССР подавляющая часть населения представляла общество как большую соборную общность, а не как два враждебных класса. Были противоречия и конфликты, но почти все считали, что для жизни в народе необходимо разнообразие (в интеллигенции говорили всечеловечность). Было очевидно, что у возникающей советской политэкономии нет никакого подобия с политэкономией капитализма, конкретно, созданной Марксом.
Н.А. Бердяев в книге «Истоки и смысл русского коммунизма» писал: «В мифе о пролетариате по-новому восстановился миф о русском народе. Произошло как бы отождествление русского народа с пролетариатом, русского мессианизма с пролетарским мессианизмом. Поднялась рабоче-крестьянская, советская Россия. В ней народ-крестьянство соединился с народом-пролетариатом вопреки всему тому, что говорил Маркс, который считал крестьянство мелко-буржуазным, реакционным классом» [168, с. 88-89]. Таким образом, в России под «пролетариатом» понимался не класс, а именно народ, за исключением очень небольшой, неопределенной группы «буржуев».
А что же представляла из себя буржуазия? Была ли она для русских крестьян действительно классом? М.М. Пришвин пишет в дневнике (14 сентября 1917 г.): «Без всякого сомнения, это верно, что виновата в разрухе буржуазия, то есть комплекс “эгоистических побуждений, но кого считать за буржуазию?.. Буржуазией называются в деревне неопределенные группы людей, действующие во имя корыстных побуждений». И здесь внешне классовому понятию придается совершенно «неклассовый» смысл, несущий нравственную оценку людям, которые в трудное время ущемляют интересы «общества».
Но между ветеранами и социальной базой партии большевиков возникло расхождение в понятиях государство и диктатура. Ленин в разных формах объяснял марксистам-большевикам, что в реальности общество гетерогенно, оно состоит из разных общностей с их интересами и ценностями, и что в государстве правящая партия не может действовать согласно идеалам и интересам одного класса, что задача власти – разные общности соединить в союз. Актив партии воспринимал это с трудом, хотя различия интересов и ценностей были очевидны тогда (и видны сегодня).
Но в тот момент опровергать догму Маркса и его классовую теорию диктатуры пролетариата было невозможно – для многих эта догма была предметом веры. Теоретический вопрос породил политический конфликт.
В 1918 г. возникла и развивалась проблема, которую поставил Ленин в статье «Очередные задачи Советской власти», где он ее сформулировал: «Революция, и именно в интересах социализма, требует беспрекословного повиновения масс единой воле руководите¬лей трудового процесса». Историк Б.Н. Земцов пишет: «Со стороны одного из членов большевистского правительства — Председателя Высшего Совета народного хозяйства РСФСР Н. Осинского — последовало быстрое и резкое возражение: “Мы стоим на точке зрения строительства пролетарского социализма — классовым творчеством самих рабочих, … мы исходим из доверия к классовому инстинкту, к классовой самодеятельности пролетариата. Иначе и невозможно его ставить. Если сам пролетариат не сумеет создать необходимые предпосылки для социалистической организации труда, — никто за него это не сделает и никто его к этому не принудит”…
В среде большевиков с дооктябрьским стажем это [заявление Ленина – Ред.] вызвало сначала недоумение, а затем протест. Диктатура пролетариата воспринималась ими диктатурой по отношению к другим классам и социальным группам, по отношению же к самому пролетариату она представлялась системой самоуправления. Поэтому в 1919 г. вокруг Н. Осинского и его товарищей Т.Б. Сапронова, Б.М. Смирнова в РКП(б) сложилась группа “демократического централизма” (децисты). В декабре 1919 г. на VII съезде Советов РСФСР децисты получили большинство голосов по вопросу о советском строительстве, и съезд принимает их резолюцию, а не Ленина.
После Гражданской войны фракционная борьба разгорелась с новой силой. Помимо децистов, зимой 1920-1921 гг. в РКП(б) возникла группа “рабочая оппозиция”» [195].
Дискуссии между большинством ЦК и «рабочей оппозицией» не получилось и обернулось фракционной борьбой. В 1922 г. возникла «рабочая группа», возглавляемая старыми большевиками-рабочими (Г.И. Мясниковым и др.).
Недовольство отходом от классового подхода возникло не только в РКП(б) – меньшевики и эсеры называли поддержку «отсталого мелкобуржуазного крестьянства», вместо рабочего класса, капитуляцией. И этот спор был очень длительным и жестким. М. Горький вспоминал «Апрельские тезисы»: «Когда в 17 году Ленин, приехав в Россию, опубликовал свои “тезисы”, я подумал, что этими тезисами он приносит всю ничтожную количественно, героическую качественно рать политически воспитанных рабочих и всю искренно революционную интеллигенцию в жертву русскому крестьянству». Горькому казалось, что «эта единственная в России активная сила будет брошена, как горсть соли, в пресное болото деревни и бесследно растворится, рассосется в ней, ничего не изменив в духе быте, в истории русского народа» [196].
Даже в открытой дискуссии о литературе сильное «классовое» давление Пролеткульта приходилось сдерживать ссылками на НЭП. Докладчик по этому вопросу М.В. Фрунзе говорил, что «необходимость допущения в известных пределах капиталистического накопления в деревне» предполагает терпимость и к непролетарским элементам в литературе. Похожим образом стоял вопрос в острых спорах в комсомоле, который стал преимущественно крестьянской организацией: если сельские жители, в основном интеллигенция, составляли лишь 1/5 состава партии, в комсомоле 59% были крестьяне, причем главным образом середняки (доля батраков была 5-8%). Против этого, как и Пролеткульт в литературе, выступали «классовики», с которыми ЦК партии вел непростую борьбу. По сути, это был вопрос о выборе цивилизационного пути, который даже после победы в гражданской войне не был снят.
Казалось, что суждение Маркса в «Критике Готской программы» можно было принимать только как абстракцию, – даже примитивное общество долго не просуществует под диктатурой одной общности. Но пафос революции у некоторых сужает диапазон мышления. Ленин им писал: «Диктатуру пролетариата через его поголовную организацию осуществить нельзя. Ибо не только у нас, в одной из самых отсталых капиталистических стран, но и во всех других капиталистических странах пролетариат все еще так раздроблен, так принижен, так подкуплен кое-где (именно империализмом в отдельных странах), что поголовная организация пролетариата диктатуры его осуществить непосредственно не может. Диктатуру может осуществлять только тот авангард, который вобрал в себя революционную энергию класса» [197].
1 комментарий or Оставить комментарий
Comments
tradicionalist From: tradicionalist Date: Февраль, 16, 2019 08:50 (UTC) (Ссылка)
=Против этого, как и Пролеткульт в литературе, выступали «классовики», с которыми ЦК партии вел непростую борьбу. По сути, это был вопрос о выборе цивилизационного пути=

Цивилизационные пути тут не при чем. Классовая демагогия специфически использовалась марксней для разжигания ненависти. Ничего "цивилизационного" в ней нет - это коньюнктурный инструмент конкретного шарлатана:

"Для России, где Вы лучше меня знаете свою публику, и для пропагандистского журнала, который апеллирует к «связующему аффекту»***, к нравственному чувству, Ваш метод, возможно, является наилучшим. Для Германии, где ложная сентиментальность причиняла и продолжает еще причинять такой неслыханный вред, он бы не годился, он был бы неправильно понят, был бы извращен в сентиментальном духе. У нас скорее нужна ненависть, чем любовь, — по крайней мере на ближайшее время, — и прежде всего необходим отказ от последних остатков немецкого идеализма, восстановление материальных фактов в их исторических правах." (с) подлец энгельсня

Отдельные людоеды, вроде марксни, встречались на Западе, но разжигатели классовой войны никогда не были мэйнстримом даже в Англии и Америке, не говоря уже о Германии. Эту заразу надо было выжигать каленым железом. Проблема в том, что Ленин сам был под дурным влиянием марксни и не смог проделать эту работу.

=В 1918 г. возникла и развивалась проблема, которую поставил Ленин в статье «Очередные задачи Советской власти», где он ее сформулировал: «Революция, и именно в интересах социализма, требует беспрекословного повиновения масс единой воле руководителей трудового процесса».=

Это конечно правильно. Потому НЭП и является каким-то шараханьем. В дальнейшем Сталин заменит болтуна марксню профессионалами в различных областях науки и техники и вытеснит пустомелю на обочину. Ленин питал странные иллюзии.

= “Мы стоим на точке зрения строительства пролетарского социализма — классовым творчеством самих рабочих, … мы исходим из доверия к классовому инстинкту, к классовой самодеятельности пролетариата. Иначе и невозможно его ставить. Если сам пролетариат не сумеет создать необходимые предпосылки для социалистической организации труда, — никто за него это не сделает и никто его к этому не принудит”=

Истерика про "самоорганизацию" из того же библейского мифа об Адамчике, одиноко предпринимавшем в мире шипов и репейников. Марксня буржуазный идеолог. Для него человек по природе буржуй. Любая организация людей-буржуев для марксни неприемлема и представляет собой "отчуждение" от их индивидуально-буржуйской "сущности". Тут же и импотенция марксни - сами они ничего делать не умели и не стремились и все рассчитывали что оно как-нибудь само сделается. То ли пролетариат, то ли нэпманы, то ли концессионеры все обустроят. Кроме того, здесь же и дурацкая вера в "нового человека" с новым "классовым инстинктом". Пущай возникнет. А если не возник то страна "не дозрела".

Ковыряться в сумеречном сознании мракобеса марсни так же отвратительно, как и бесполезно.

1. Почему марксня зациклился на пролетариате? Чтобы оправдать господство сектантского олигархата. Ведь олигарх создает своего могильщика - пролетариат. Революцию готовит. А всякие интельские руководящие центры только мешают. Но не, давайте примем магические свойства пролетариата не за мерзкую манипуляцию, оправдывающую диктатуру сектантской олигархии, а за чистую монету.

2. Марксня пользовал классовую борьбу для разжигания ненависти. И не к "полезному" олигархату, а к "аристократическим", "мелкобуржуазным", "бюрократическим" социалистам. Ну так давайте и у нас устроим перманентную классовую войну.

3. Марксня выдумал "нового человека" с "новыми инстинктами" как предпосылку социализма, чтобы изобразить социализм как нечто невозможное. Новый человек не возник, так что пусть правит сектантский олигархат. И марксни начинают действовать будто "новый человек" не отмазка буржуазного идеолога от социализма, а что-то реальное.

4. Марксня выдумал "самоорганизацию" чтобы никто не посмел организовывать людей и создавать конкуренцию сектантскому олигархату. Для этой цели марксня требовал и государство отмереть и общину разрушить. Так марксни говорят что и в СССР организовывать ничего не надо, а надо сесть на попу и ждать когда оно само самоорганизуется.
В топку!

Edited at 2019-02-16 19:06 (UTC)
1 комментарий or Оставить комментарий